Он тебя привозит и забирает. Поняла?
– Поняла… Но я не умею врать.
– Ты не врешь. Ты играешь. Это – роль. Дай руку.
Протягивает.
– Роль… Роль – это проще. Это можно прожить.
У нее теплые и очень мягкие невесомые руки. Надеваю на безымянный колечко. Второй раз в жизни делаю это. Надеюсь, этот раз, в отличие от первого, будет иметь смысл. Немного великоватое ей и, очевидно, не новое. На этот пальчик явно напрашивается что-то более утонченное, с парой-тройкой брилликов.
Ее рука неуверенно подрагивает.
– Проживаешь? – ухмыляюсь я ей.
– Да уж… – вздыхает. – Думала, в других обстоятельствах проживу этот момент.
Вздыхаем по Ванечке? – почему-то кровь бросается мне в лицо от этого факта.
А почему? Нормальный у неё Ванечка. Благословляю!
– Уверен, в других проживешь тоже.
Мне хочется сплюнуть скопившийся во рту яд. Я собственник, да. И не планирую отдавать ее Ванечке полностью. Она мне нужна самому.
Софья внимательно смотрит на кольцо.
Поднимает на меня глаза.
– А чье это?
Какой неожиданный вопрос.
– Ничье.
– Ну, Вы ведь храните его…
Да не то, чтобы храню… Просто, куда его девать? Выкидывать золото, вроде бы как, нелогично. Да и вот – пригодилось же!
– Я просто боюсь потерять, и если оно ценно для Вас…
– А… – доходит до меня причина ее повышенного интереса. – Нет в нем никакой ценности, кроме металла. Не переживай. Потеряешь, и черт с ним.
Поворачиваюсь к Менталу.
– Я Софью повезу через КП. Давай в ту тачку. Отправь мне сюда Кита.
Через КП проезжаем спокойно, охранник предупрежден.
Останавливаюсь у ворот."
"– Кит, выходишь с Софьей в обнимку, провожаешь до ворот, пусть увидит тебя. Спрашиваешь, во сколько ее забрать. Понял? Если что – представляешься Городецким, ты – мент. Если не выйдет, посвятись в камеру, что она не одна.
– Сделаю.
– Удачи, Софья.
Кит выходит, открывает ее дверь, подает руку.
Какой галантный…
Приобняв за талию, ведет к воротам. Там домофон с камерой. Но наш похититель выходит сам.
Приоткрываю окно машины.
Слышу его голос, но что говорит – нет.
Они стоят ко мне в профиль. Кит по-свойски впечатывает Софью в себя.
– До вечера, Сонечка!
И… – Баран! Пацан! Идиот! – … впивается ей в нижнюю губу коротким, но откровенным поцелуем.
Ошарашенная Софья тормозит, застывая, словно в остановленном кадре, с замершими в воздухе руками. Помада размазана.
Кит идет к тачке, покусывая испачканную в помаде губу.
Софья исчезает в проеме ворот.
Всё…
– Ты чего устроил, Кит? – поглубже вдыхаю я.
