Эвтаназия – это добровольный уход из жизни! – поднимаю вверх палец. – И, в нашем случае, избавление от мук. Она хочет. Я буду ее темным ангелом-спасителем.
– Не дрогнет рука? «Спасать»?
– Не дрогнет, – вспоминаю я, как месяцами мучился от болей мой дед.
Не дрогнула тогда, не дрогнет и сейчас.
– Мы ничего не меняем в сложившейся ситуации, кроме фигурантов завещания. Черные и белые фигуры получают своё. Красную мы временно нейтрализуем. А потом я побеседую с ней так, чтобы она не захотела освещать никаких деталей произошедшего.
При необходимости с ней еще и «мило побеседует» Ментал.
Отгораживаю красного Ферзя нашими прозрачными фигурами.
– Короче, несколько задач: первая – нам нужно войти в квартиру. Кит, это твоя задача. Влад, у тебя две другие. Первая – достать мне два препарата и набор для инъекций, – пишу на бумаге названия.
Влад – врач-психотерапевт по образованию и имеет кое-какие связи в фармацевтике этого профиля.
Первый препарат – наркотик-опиат, который ей итак, судя по диагнозу, вводят.
Второй – препарат, угнетающий дыхание, который быстро распадается и не определяется потом в крови на фоне остальных лекарств.
Эту партию я уже разыгрывал и точно помню все ходы.
– Старушка уснет в сладких грезах и больше не проснется. Гуманно. Все, как в лучших заведениях Бельгии. Только не нужно мучиться в дороге.
Хмурясь, Кит неуверенно кивает.
– Кит? Сомнения какие-то?
Лучше все решать на берегу.
– Нет. Реально гуманно. Я, вообще, за эвтаназию. Но не хотелось бы пугать старушку.
Киваю. Мне бы тоже этого не хотелось.
– Постарайся войти тихо, чтобы она не напугалась.
Дальше. Пока Кит нейтрализует нашу сиделку, мы должны обеспечить законность процедуры подписания завещания. Сначала старушку должен освидетельствовать врач на предмет вменяемости. Врача я найду. Потом ты, Влад, немного поработаешь с ней, мило побеседуешь. Внушишь, что она примирилась с детьми. Она поставит свои подписи при нотариусе, и, чтобы подстраховаться, мы запишем видеообращение с завещанием.
Всех отпустим, обеспечим клиентам алиби. И когда они будут достаточно далеко, уже я «поговорю» с ней в последний раз. Схема ясна?
Мои утвердительно бурчат.
– Тогда ориентируемся на нее, остальное – по обстоятельствам.
– А я?
– А у тебя, Коркин, в ближайшую неделю – мастер-классы. Я договорился с одним бывалым карманником, он тебя натаскает и на «пальцы», и на «замки». Только как актера мне тебя недостаточно. Нужно осваивать и другие компетенции. Вот телефон.
