Трактир «Разбитые надежды»

— Да откуда же я столько вам возьму?! — житель Трактира воздел руки к небу, то ли призывая его в судьи, то ли прося наполнить чаны питьевой водой.

— Я даю тебе самый худший вариант в раскладке на три дня, — отрезал начальник строительства. — В день уйдет меньше, но рассчитывай по максимуму. Уяснил?

— А может, как-то договоримся? — замялся водовоз, с надеждой заглядывая в глаза большому командиру.

— Можем, почему нет, — кивнул тот. — Все просто, тебе даже не придется ничего делать. Я привяжу тебя к барже вместо якоря.

— Да уж, куда ясней, — поставщик обреченно развернулся. Но вслед ему еще летели слова:"

"— Если вдруг с быками что-то не заладится, или втулки на колесах развалятся, то, что я сказал насчет якоря, остается в силе.

Нуралиев развернулся к следующему, ждущему его распоряжений обитателю окрестностей Трактира.

— Какая толщина бревен?

— Ну, вот, примерно, такая, — верзила, способный разместить лейтенанта в любом из своих карманов, продемонстрировал собственную ладонь.

— Что значит, примерно?! — офицер вытащил из сумки на боку линейку и приложил к ладони здоровяка. — Вот здесь двадцать шесть сантиметров, уяснил? Значит, выход должен быть — три доски толщиной семь сантиметров с одного ствола. Три, не меньше, я проверю. Семь сантиметров — это вот столько! — он снова приложил линейку на этот раз к ногтю плотника и очеркнул на нем лезвием ножа необходимую толщину. — Вопросы есть?

— Да откуда ж…

— Марш выполнять! — Нуралиев оглянулся и увидел Марата. — Товарищ светлый рыцарь зовет?

— Нет, — покачал головой чешуйчатый, и впервые во взгляде его читалось уважение.

— Тогда что же?

— Тут Лешага к тебе прислал троих, вон стоят в масках. Велел поставить на довольствие. В бой пойдут с нами, — юнец замялся. — Ну и… поговорить хотел.

— Это хорошо. Оружие в руках держать умеют? — подчеркнуто выдерживая деловой тон, уточнил офицер.

Марат тяжело вздохнул:

— Эти умеют… — и тут же опомнился. — Ну, конечно, не так, как мой учитель.

Драконид собрался было растечься длинной, вычурной фразой о превосходных боевых качествах своего кумира.

— Ясно. Что-нибудь еще?

— Нет. Хотя да. Ты вот это все откуда знаешь?

— Я учился этому с семи лет. У нас всякий, кто достоин быть офицером, постигает военное дело… — он грустно воздохнул. — Я постигал военное дело с того самого дня, как стал учиться считать и писать. Я достиг звания командира взвода в роте охраны аэродрома.