И не простом, а ирмарском! Да-да, том самом тончайшем кружеве, которое сияло и переливалось на свету, походило на работу пауков и казалось невесомым, словно перышко. И мой наряд был декорирован вовсе не тоненькой полосочкой. Нет, ирмарское кружево роскошными воланами украшало рукава, вырез, корсет и даже спускалось по юбке.
Возможно, я перестаралась. Знала ведь, что Дейзи сразу определит стоимость платья до самого последнего медяка. Но все равно я не могла не покрасоваться. Так уж вышло, что старшей сестре всегда доставалось все самое лучшее.
И я искренне считала, что не завидую, что так и надо. А оказалось, все совсем не так. В глубине души мне тоже хотелось быть красивой и успешной. И вот этот момент настал.
Волосы я заплела в косу, закрутила ее в гульку и заколола шпильками, после чего добавила еще заколку. Вышло довольно симпатично. Не забыла я про тонкие чулки, перчатки, туфельки и крохотную сумочку в тон. Даже слегка мазнула губы блеском. В самый последний момент схватила свою соломенную шляпку, быстро украсила ее лентами в тон платья и нацепила на голову.
Флоренс говорила, что леди Конте сама делает моду. Вот и пусть моей визитной карточкой станет эта соломенная шляпка. К тому же отражение в зеркале мне очень понравилось.
— Я готова, — спустившись по лестнице, сообщила мужу.
Честно говоря, я предполагала, что мы отправимся на кухню, и за завтраком обсудим мое поведение и так далее. Однако Себастьян буркнул: «Наконец-то», схватил меня за руку и потащил в свое подземелье, то есть личную лабораторию.
С того первого раза я в нее больше не заходила. Считала неприличным без приглашения вторгаться на чужую территорию, а еще непрофессиональным и попросту опасным. Мало ли, какие ловушки понаставлены. Да мне и своей лаборатории хватало. Зачем мне чужая?
Хорошенько осмотреться Себастьян мне не позволил. Бесцеремонно затолкал в помещение и усадил на какой-то скрипучий табурет, развернув к столам и ящикам, где пряталось все самое интересное. После чего навис сверху, грозно сверкая синими глазами и уперев руки в бока.
— Та-а-ак, — слегка прищурившись, мрачно протянул он.
— Что?
Как ни старалась, но ничего предосудительно вспомнить не смогла. Последние три дня я вела себя практически идеально.
— Для начала мы поговорим о правилах поведения.
— Каких правилах?"
"Я вдруг почувствовала себя ребенком, который застыл перед грозным учителем в ожидании трепки.
— Поведения, — терпеливо повторил Себастьян. — Первое: ты слушаешь меня всегда и во всем.
