Травница

Я успела смыться в ванную, увидеть себя в зеркале и ужаснуться — и вот это чучело Сергей целовал?! И обрадоваться: и ведь целовал!

Вышла из ванной, деловито кивнула Андрею, а закрыв за собой дверь, вдруг вспомнила: пока расчёсывала Сергею волосы, утишая головную боль, заметила на его столе странную распечатку. Нет, бумаг на столе много, но эти, скреплённые скрепкой, лежали наособицу. И рисунки какие-то на них были. Явно не коммерческие. Попыталась вспомнить, что за рисунки… И поняла: Сергей скачал из Интернета упражнения для ног при плохом кровообращении.

Улыбнулась. Не хочет с физиотерапевтом. Гордость не позволяет? С тех пор как я сказала, что самому не захочется эти упражнения делать, потому что они болезненные и трудные в его состоянии? Упрямый…

Но это подождёт. Тем более что он решился, а значит — сделает задуманное.

Меня же сейчас интересовало моё положение в его доме. Если он собирается сойтись с Линой, то в каком качестве я здесь буду? И внезапно обозлилась: да пусть хоть гарем собирает, лишь бы про меня не забыл!

Кардинально забросила эти мысли, едва подошла к первой ступеньке с лестницы и услышала внизу негромкие голоса.

Один — уверенный, другой — почти молящий.

Они меня не видели — сидели на диване полубоком к лестнице. На одном конце — Марина, раздражённая, свободно откинувшись на спинку, нога за ногу. На другом, почти скрючившись — Александр.

— Вечно одно и то же! — неожиданно отчётливо услышала я сказанную с досадой фразу.

 — Ты говоришь глупости — и ничего более!

Марина рывком встала с дивана и ушла, твёрдо ставя ноги в туфлях на таком каблуке, что я бы, наверное, не осмелилась бы носить.

Александр ещё больше согнулся — в обнимку с гитарой. Хреново выглядит с похмелья… И в таком виде вышел поговорить с Мариной? Хотя говорит, что любит?.. "Сама-то! — возразила я себе. Но себя, любимую, успокоила быстро: — Я ж не знала, что до такой степени разлохматилась!"

Вот когда я пожалела, что нет у меня босоножек на каблучках.

Ногами в домашних кожаных тапках пришлось зашаркать, чтобы Александр понял: кто-то спускается… Он шевельнулся искоса посмотреть на меня и снова угрюмо застыл. Я присела рядом.

Странно, что такой человек, с такой внешностью — обаятельнейшего ангела, с таким талантом вокалиста и гитариста, — и так опустился. Андрей сказал — наркоман.