Травница

Я снова присела на перекладину заборчика, поедая малину снизу и с удовольствием глядя на него.

Не знаю, как сложатся наши отношения дальше, но сейчас самое главное для меня, что нет тревоги по поводу Лины. Хотя небольшой червячок скрёбся в душе из-за той ночи… Но теперь я более-менее спокойна. Ведь у меня есть минутки, когда я могу просто смотреть на Сергея и улыбаться, оттого что он рядом и очень спокойный. Что в его белых волосах запутались мусоринки от кустов, через которые он проезжал. Что он ест ягоды и сидит, молчит.

И сидеть рядом с ним, молчать рядом с ним — уже счастье. И смотреть на него — втихаря разглядывая, улыбаясь от лёгкой радости, что он рядом…

Ага, так я ему и сказала… Так, о чём я могу думать в его обществе? А спросить?

— Сергей, если бы ты был воином, какой бы талисман себе придумал?

— Ты вроде Агату Кристи читаешь? Не фэнтези? Что это тебя на воинов потянуло?

— Я тебя во сне видела. Ты шёл по холму, в военном одеянии, а рядом шёл белый волк. — Сказала — и прикусила губу: будет смеяться — не будет? Молчит.

Разок бровь приподнял и опустил. Я покосилась на спокойно лежащего неподалёку от его кресла белого зверя. — Поэтому я придумала тебе талисман — белого волка.

— Цвет волос навеял?

— … Наверное… Хочешь вишни?

Он сидел спокойный, чуть сутулясь. Немного отстранённый, будто погрузившись в мысли, которые настолько его занимали, что ему трудно было от них оторваться. Я бы обиделась, если бы не помнила: он приехал сюда следом за мной.

— Погуляешь со мной?

Спрашивать не стала, что он имеет в виду.

Просто подошла к креслу и положила руку на подлокотник. А он накрыл ладонью мою ладонь, и так мы вышли-выехали из малины и медленно направились в сторону дома. А Стах — за нами. Белый волк изредка пятнистой тенью мелькал среди деревьев и кустарников… Когда, проходя мимо стола, я подхватила босоножки и сеточную сумку с ненужным вязанием (успею навязать ромашек на футболку за час после перевязки), Сергей вдруг перегнулся через подлокотник, разглядывая мои босые ноги.

— Захотелось босиком.

— Лучше надеть. Здесь не всегда были луга. Стекло, осколок-другой, и сейчас встречается. Порежешься.

— Но здесь асфальт! И — мне нравится.

Держась одной рукой за подлокотник, я начала надевать босоножки. Ладонь Сергея сдвинулась и обхватила мою кисть, словно он боялся, что я не удержусь, стоя на одной ноге… Я оглянулась — получилось исподлобья, снизу вверх. И тихо фыркнула на его недовольные зелёные глаза.