Травница

Но к чашке приник сразу, видимо надеясь, что отвар, как и утром, быстро снимет боль и даст возможность выспаться. И только когда сморщился — холодное же, и вкус оттого довольно противный — всё стало ясно: выпить остатки забыл, а когда вспомнил, без посторонней помощи добраться до отвара не смог. А не потому, что травяной напиток остыл.

Пока он пил, я осторожно и на расстоянии провела ладонью сверху вниз около его спины. В воздухе отчётливо запахло кофе. Почувствовала движение, обернулась: Сергей допил и теперь сидел, опустив руки на колени, устало глядя на пол.

Взяла у него чашку.

— У тебя всегда пониженное давление?

— Понятия не имею. — Говорить ему явно тяжело.

— Ты куда? — высокомерно и в то же время с тревогой спросил он.

— Только чашку на стол поставлю… А теперь наклони голову.

Он повиновался. Я собрала его волосы и спустила ему вперёд, чтобы не мешали. На холодной влажной коже нашла нужное место между позвонками и пару раз слегка отжала точку вниз. Оглядевшись, стащила со спинки кровати полотенце, протёрла ему спину и плечи от пота, после чего хорошенько размяла мышцы от шеи до лопаток.

Тайком усмехнувшись его длинным вздохам и расправляющимся плечам, снова откинула ему волосы назад и сунула полотенце в его руки.

— А чего не сама? — Он выглядел уже гораздо спокойнее — во всяком случае, прежней болезненной гримасы, искажающей лицо, больше не было.

— Маленький, да? — проворчала я, присела на колени и начала вытирать ему лицо, шутливо приговаривая: — Лоб протрём Серёже маленькому, и щёчки высушим…

Он поймал мои ладони на этих "щёчках", накрыв их своими, как будто уткнувшись в них.

Замерев, я чувствовала, как тепло он дышит в наши ладони. Как будто дышит прямо в моё сердце. Отпустил. Словно ничего и не произошло (и чего сердце задёргалось, забеспокоилось?), я снова легонько прошлась по его коже полотенцем, промокнув пот на шее и на груди. После чего подтянула край одеяла и закутала его, как после ванны. Он упрямо выпростал из-под одеяла одну руку и кивнул рядом с собой.

Поколебавшись, я осторожно присела (если б не "гусиные лапки", которые плеснули вокруг предложенного места, я б ещё подумала), а кровать мягкая — и я немедленно съехала к Сергею. Он хмыкнул и, снова длинно вздохнув, обнял меня за пояс. Как в шалаше оказались. Я — разогретая массажем, он — всё ещё прохладный, но уже перестал дрожать. Чувствуя его напряжённое тело, и я не могла расслабиться, понимая только одно: он греется от моего тепла.