Податься было некуда, вот и прибился к Когтям – думал, они знают, где вы, но…
– Но мы не знали, – сухо отчеканил другой морской, прерывая его.
Цунами взглянула на зелёного с подозрением.
– Вы, случайно, не сердитесь на нас за что-то? Наоборот, это нам есть за что сердиться на вас!
– Это Наутилус, предводитель Когтей! – быстро подсказал ей Шквал.
– Пока, – уточнила небесная, свирепо хлеща ярко-красным хвостом и скалясь сквозь клубы дыма. – Где остальные драконята, тоже у вас? – Она кивнула на Брюха, который увлечённо жевал банан и разглядывал ракушки под лапами в поисках ещё чего-нибудь съестного.
– Что значит у нас? – вскинулась Цунами. – Они сами по себе.
– Мы знаем, где ещё двое, – поспешила добавить Солнышко. – Наши друзья помогли им спастись от ночных…
– Но сюда лететь они не захотели, – закончила морская. – Мы их звали.
Небесная нахмурилась.
– Которые двое, кто именно?
– Эфа среди них? – спросил песчаный.
«Ну вот», – подумала Солнышко. Она грустно покачала головой, но прежде чем успела ответить, ледяной дракон вдруг прошипел, указывая в небо:
– А это ещё кто?
Драконы настороженно подняли головы к утёсам, огораживающим пляж, над которыми мелькали машущие крылья, отбрасывая ярко-красные блики.
Разведчик небесных? Солдат королевы Рубин или союзник принцессы Огонь?
А может, сама королева Пурпур? Солнышко сжалась от страха, но тут же поняла, что летящий дракон гораздо меньше и другого оттенка. Он явно направлялся к группе на берегу, как будто хорошо знал, кто это.
– Похож на нашего Жара, – прищурилась небесная. – Нет, не может быть… что у него с мордой?"
"– Он мог всё-таки полететь за нами. – Солнышко переглянулась с Цунами. – Наверное, передумал оставаться.
– Может, он просто не хотел лететь вместе с нами, – предположила Цунами, – или вот с ним. – Она показала кончиком хвоста на Брюха.
– Жар, это ты? – окликнула небесная летящего.
Дракончик уже спускался кругами к пляжу. Услышав своё имя, он покачнулся в воздухе и едва не шлёпнулся на песок.
– Мама? – неуверенно произнёс он, с трудом выправляя равновесие.
Оттолкнув Солнышко и Цунами, небесная дракониха кинулась к нему и на лету подхватила в объятия. Увидела располосованную морду и испустила яростный рёв, прижимая к себе сына:
– Что с тобой? Кто это сделал?
Жар без сил обвис у матери в лапах, положив голову ей на шею. Солнышко услышала сдавленные рыдания, и в сердце шевельнулась жалость к несчастному дракончику.
