Трепет. Годы спустя

Когда Амилия пропала, мы сначала решили, что она на концерт сбежала, и поехали туда. И только там выяснилось, что девочка, кажется, в другом месте. Я настаивал на том, чтобы Яну Андреевну довезти до дома, но она не захотела и сказала, чтобы я поскорее поехал за Амилией, сама же она вызвала такси. Обещала ждать звонка, но перед вами я позвонил ей, чтобы убедиться в том, что она нормально добралась, а телефон оказался отключен.

- Бл*дь, Валера, я тебя уволю нахер! Шли парней к Яне. Пусть выясняют, дома она или нет.

Билеты для меня купить не проблема, так что я быстро решаю вопрос и получаю билет на рейс, регистрация на который уже началась. Делаю пару звонков, предупредив, что встреча в Питере сегодня отменяется. Потом еще несколько раз набираю Яне. Отключен.

Эта с*ка Северов мог и до нее добраться...

Телефон в руке начинает вибрировать. Я смотрю на экран и вижу номер Яны. Это не успокаивает меня, потому что сначала я должен услышать ее голос. Но, разумеется, слышу я не его.

- Багримов, ну наконец-то мы созвонились.

Сколько лет, сколько зим, - хрипит в трубку Кирилл.

- Где моя жена и дочь, у*бок?

- Что же так грубо, старый друг? Не стоит так разговаривать с тем, в чьих руках жизни столь драгоценных для тебя людей.

- Тронешь их, тварь, я тебя с землей сровняю, - бью кулаком по столу, напугав девушку-регистратора. Она даже слегка отступает назад и вроде как собирается нажать тревожную кнопку. Похер. Разберемся.

- У меня нет намерения причинять им боль. Пока, Багримов. Вернешь мне все деньги, которые я из-за тебя потерял - я верну тебе дочь и жену.

В целости и сохранности. Ну, а для мотивации, - Северов делает небольшую паузу, после чего продолжает скрипучим голосом - думаю, тебе будет интересно узнать, что в руках я держу очень любопытный снимок, который достал из сумочки твоей симпатичной молоденькой женушки. Снимок УЗИ. Могу тебя поздравить, да, Рустам? Так поздравляю. От всей души. Три жизни. Деньги, деньги. У тебя есть сутки. Буду очень-очень ждать, дружище.

Я набираю Яне уже пятый раз, но она не отвечает. По прилете в Питер, или вообще куда-либо в период своих вынужденных командировок, я всегда отзваниваюсь ей. Приучился давно, хотя раньше не считал себя обязанным, но как еще можно было научить ее доверять мне и не тревожиться по пустякам? А сейчас я, кажется, сам превращаюсь в мнительного долб**ба. Черт знает почему, весь полет меня разрывало неприятное предчувствие. Не надо было улетать и оставлять их вдвоем.