Трепет. (не) его девочка

Слова больно бьют, потому что я тысячи раз задавалась вопросом, когда мама еще была жива, что бы она сказала, если бы выяснила, что я общаюсь с сыном человека, который пальцем не пошевелил, чтобы помочь ей или мне? Она бы меня осудила? Расстроилась бы? Нет, я в это не верю. Мама была доброй и сердечной. Она бы никогда не встала между мной и Сашкой, каким бы ни был наш с ним отец. Но я все равно не смогла ей признаться. Я не хотела тревожить маму, болезнь и так измучила ее.

— Я не каждый человек! — вспыхиваю и хмурю брови.

Я своего брата люблю. Пускай отец у нас на двоих не самый лучший, но это не делает плохими ни меня, ни Сашку. Может, кто-то меня и не поймет, но я себя прекрасно понимаю. Мы с Сашкой узнали друг друга тогда, когда моя жизнь рушилась, моя мама умирала, а мне так хотелось любить, и не хотелось оставаться одинокой, а у Сашки вообще вся жизнь не сахар, с таким-то папой. Одиночество и потребность в любви и ласке быстро склеили нас.

— Знаю, Яна. Я всего лишь хочу, чтобы ты отдавала себе отчет в своих действиях.

Твой отец не тот человек, которому стоит доверять. Не совершай ошибку. Не подпускай его к себе слишком близко. Он вполне способен приблизиться, используя сына и твои чувства к нему.

Сглатываю, крепко сжав игрушку. Он уже использует сына, и качает с меня деньги. Если бы я сказала обо всем Рустаму Довлатовичу, что бы он сделал?

— Тебе вовсе не стоит с ними видеться. Оставь все, как есть. Он затянет тебя в трясину…

Я стискиваю зубы и смотрю на мужчину исподлобья, чувствуя, как в груди поднимается буря гнева и протеста.

Так вот, как он считает? Я должна сдаться. Если мой отец — ублюдок, то и про брата я должна забыть?! А как же Сашка? Пусть растет таким же?

— Я сама решу, как мне поступать… А ты… вы… шли бы к своей Регине!

Еще много, что хочу сказать ему. Например, что теснота родственных уз для меня не имеет такого значения, как для него. Если я ему не нужна в качестве дочери, потому что не родная, то это вовсе не означает, что я откажусь от Сашки лишь по той причине, что он мне брат только по отцу, который ведет себя как подонок.

Мой пыл остужает звонок смартфона в сумке. Я судорожно вздыхаю, стараясь подавить в себе эмоции, готовые выплеснуться прямо отчиму в лицо. Опускаю взгляд и начинаю рыться в сумке, ища гаджет, а когда нахожу и смотрю на экран, на миг коченею.

Все-таки перезвонил.

— Макс… — не сразу понимаю, что произношу имя парня вслух. Об этом мне сообщает хриплый выдох со стороны.