Напасть подкрадывается незаметно, родственники замечают странности, но списывают их на плохой характер, не понимая, что к близкому человеку мелкими шажочками подкрадывается старческое слабоумие. Реально оценивать ситуацию родные начинают, когда член семьи совершает откровенные глупости. Бедный полковник! Надеюсь, ученые придумали какие-нибудь таблетки от безумия. Надо срочно звонить Оксане.
– Где мои черви? – сверкал глазами полковник.
– Милый, – нежно улыбнулась я, – пойдем позавтракаем, я купила тебе свежайшую буженину!
– Без червей мне кусок в горло не полезет, – мрачно отмел предложение подкрепиться толстяк, – порой мне кажется, что ты не такая глупая! Знаю, ты не любишь червей, поэтому и решила от них избавиться, а сейчас прикидываешься белым лебедем.
Мне стало совсем нехорошо. Неадекватный человек бывает часто агрессивен, ему необходим объект для ненависти, и, как правило, им становится самый близкий психу член семьи.
– Дорогой, может, сварить тебе кофе? – фальшиво заулыбалась я.
– Со сгущенкой, а?
– Не юли, – строго приказал полковник, – верни моих червей! Сейчас же! Я без них чувствую себя несчастным! Опустошенным!
Дверь снова распахнулась.
– Маша! – заорала я. – Как я рада тебя видеть!
Глава 21
Дочь сделала шаг назад.
– Муся? Ты в порядке?
– Все чудесно, – заверила я, хватая халат, – пожалуйста, отведи Дегтярева в столовую, он хочет позавтракать, там есть буженинка, яйца всмятку, кофе со сгущенкой, сдобная булочка с маслом, кекс, конфеты, не знаю, что еще.
Паштет! Фуа-гра с трюфелями! Пусть Амара немедленно накрывает на стол! Милый, ты же любишь гусиную печенку?
– Мусенька, – оторопело протянула Маша, – Дегтярев на строгой диете! У него холестерин в крови зашкалил! Ты забыла?
– Сегодня ему можно, – защебетала я, – в морозильнике где-то есть замороженный шоколадный торт! Надо его разморозить. Милый, ступай вниз, а ты, Маруся, останься.
Есть разговор! Наедине!
– И не подумаю сдвинуться с места, пока не получу червей назад, – заявил полковник.
– Чего? – по-детски изумилась Маша. – Деги, ты о чем?
– Сейчас же прекрати звать меня, как собаку! – обозлился Александр Михайлович.
Машка растерянно посмотрела на меня, я скорчила гримасу и повертела пальцем у виска.
Одно время Манюня называла полковника «дядей Сашей», но это как-то не прижилось, и девочка растерялась.
