Третий всадник мрака

Затем разглядела руки и ноги, причудливо сплетенные в узел. По центру, переползая с места на место, жалобно моргали глаза.

Антигон пнул ком ногой. Спутанное существо с обидой хрюкнуло.

– За Антигоном и валькирией следил комиссионер. Хотел донести Лигулу. Если хозяйка ткнет его своим копьем, он потеряет это тело и сгинет в Тартар.

Однако Ирка не была способна просто так ударить человека – или то, что было на него похоже, – копьем.

– А можно сделать как-нибудь так, чтобы он не донес, но без копья? Более гуманно? – спросила она.

– О, у хозяйки есть воображение! Она хочет, чтобы комиссионер подольше помучился! – обрадовался домовой, и Ирка спохватилась, что он совсем не так понял слово «гуманно». – Тогда мы его замесим!

И, прыгнув на ком пластилина, Антигон принялся в буквальном смысле месить его ногами. Ирка едва смогла оттащить его.

– Ты его убьешь! – сказала она, и с удивлением услышала, что комиссионер, ставший плоским, как раскатанное тесто, хихикнул."

"– Видишь, ему смешно! Его нельзя убить! Разве что изгнать артефактом, вроде твоего копья.

Отступив на шаг, он деловито осмотрел комиссионера и прицельно пнул его еще пару разиков.

– В любом случае несколько часов у нас есть. Пока он себя не вылепит, он не сунется к начальству. Они большие чистюли…

С этими словами Антигон легко оторвал пластилиновый блин от пола и вышвырнул его за окно.

– Теперь он не будет мешать бабушке хозяйки и пытаться отнять у нее эйдос! – пояснил домовой.

Ирка хотела спросить, что такое «эйдос» – ей чудилось, что она слышала нечто похожее, – но сейчас было не до того. Вслед за Антигоном она осторожно выскользнула за дверь.

Бабаня ничего не слышала. Она объясняла одной из клиенток, почему той не пойдет юбка с запа хом. Клиентка страдала, терзалась, но юбку все равно хотела.

* * *Арей наступил ногой на лед. Его большие, красноватые по оттенку куски, лежали всюду в приемной.

– Мне до сих пор холодно, – сказал мечник мрака удивленно.

– Как он ухитрился? – спросила Улита.

– Все произошло мгновенно. Парень вошел, а затем я понял, что смотрю на мир сквозь толщу льда. И что лед этот не что иное, как вино из бассейна. Забавное, скажу тебе, ощущение. Не можешь добраться до меча, даже шевельнуть пальцем…

– Никуда не денешься! Парень повелевает всем жидким и мокрым, – сказала Улита.

– Не проще ли сказать «водой»? – поинтересовался Мефодий.

Ната сжала его руку.