Очень уж кружил голову прозрачный воздух, тянущийся вверх лёгкой дымкой. Сугробы по сторонам дороги подтаивали так усердно, будто нахохлившийся на облучке Нгуги действительно заключил с солнцем договор о ранней весне.
Когда отъехали от порога, Нгуги поглубже натянул на голову заячий треух и поднял воротник, стараясь, чтобы его чернощёкое лицо не замечали встречные.
– Будут хохотать, пальцами на меня показывать. А то, бывало, мальчишки начнут снежками кидаться, – объяснил он Ане. – Это потому, что я здесь один чёрный.
У нас в Кении не так. У нас все чёрные, а белых людей мало. И то только те, что из Англии приехали. Они богачи. Плантации купили, поля по-вашему. Сажают кофе. А чёрные на них работают. Белый человек уважаемый, он всегда хозяин, масса по-нашему.
– Масса, – услышав знакомое слово, встрепенулась Аня. Оказывается, масса – это не имя.
А она, глупая, никак не могла взять в толк, почему Нгуги величает так Алексея Ильича.
Добродушный голос попутчика располагал к разговору, да, видно, ему и самому хотелось поболтать, потому что, когда Аня спросила, как он оказался в России, Нгуги охотно отозвался, углубившись в воспоминания:
– Россия – хорошая страна.
Большая, холодная, народу много, – он оглянулся на Аню и подмигнул: – Девки красивые, но строгие. Я из-за них на каторгу попал. Но расскажу тебе всё с самого начала. У русских говорят: «Как на духу».
Пустив лошадь катить сани по наезженной дороге, Нгуги пересел поближе к Анюте и, немного поёрзав, два раза показал по десять пальцев:
– Столько зим назад отец отправил меня к вождю танцевать танец прыжков.
«Ты уже достаточно взрослый, чтобы перепрыгнуть через большой огонь, – сказал он. – А когда убьёшь льва, станешь настоящим воином»."
"Обрадовавшись словам отца, я с другими парнями из нашего племени пошёл на охоту добыть косулю для пира. После огненных прыжков живот требует угощения, а сердце песен.
Как раз в тот год наступила большая засуха, ручьи пересохли, пальмы почти не давали тени, трава увяла, а стада откочевали поближе к морю.
– К морю так к морю, – решили мы с друзьями. Что стоит молодому воину пробежать десяток-другой миль? Не пройдёт и трёх лун, как мы вернёмся в селение с хорошей добычей.
Попросив наши копья удачно поохотиться, мы смазали их наконечники жиром, чтобы как следует задобрить духов, и двинулись в путь.
Но ни я, ни мои друзья не знали, что как раз в то время к берегу подошёл большой корабль с белыми бородачами на борту.
