– Хочу, – говорит, – построить себе домик в три этажа в сосновом бору и показывает на карте желаемое место. А там на плане крест нарисован, обозначающий кладбище.
Я удивилась:
– Как же так? На этом участке кладбище.
В ответ он улыбнулся, так что во рту блеснули золотые коронки:
– Знаю, что кладбище. Именно поэтому и желаю там поселиться, а к вам пришёл потому, что для вас нет препятствий.
Я было открыла рот отказать посетителю, но тут он называет такую сумму, что у меня челюсть буквально на стол упала, а глаза вылезли из орбит.
Ну, думаю, за такие деньги я своими руками погост с лица земли снесу. На нужном мне кладбище не хоронили с войны, и несложной махинацией я переоформила его как заброшенную землю. Спасибо папе – бумаги на присмотренный участок я узаконила в три дня, договорилась со строителями и отправила их разравнивать захоронения.
– Мама, я пойду на озеро погуляю, – Надин голос, прервавший их разговор, звучал нервозно.
– Не любит дочь вспоминать, что дальше было, – сказала Ольга и повернулась к девочке: – Сходи, набери кувшинок, я скоро закончу.
* * *Икона Спасителя в потоке света вспыхнула солнечным лучом на позолоченном нимбе и заиграла красками, будто вчера писана.
– В этой пещере невозможно соврать, хотя порой очень хочется приукрасить действительность, – тихо сказала Ольга, и Аня подумала, что она права. Если бы её сейчас спросили о самых потаённых мыслях, она бы тоже без утайки рассказала всё до донышка, ничего не скрывая и не оправдывая.
Ольга отбросила со лба прядь короткой стрижки:
– Слушайте, что дальше происходило.
В знак согласия Аня кивнула головой, и Ольга, разомкнув губы, резко сказала, не щадя своих ошибок:"
"– С самого первого дня на кладбищенской стройке происходило нечто необъяснимое. Сначала отказала новенькая техника, недавно закупленная за рубежом. Потом сломал ногу прораб Михайлов. Следом за ним парнишка-бульдозерист пропорол бок о сломанную ограду. Скорая помощь, которую вызвали рабочие, не смогла подъехать из-за внезапно лопнувших шин, и раненый чуть не погиб.
Один за другим на меня посыпались отказы работать на кладбище. Мало того, жители близлежащих посёлков организовали пикет, и каждый раз, когда моя машина проезжала мимо, старики и старухи забрасывали грязью лобовой стекло моего внедорожника. Но сопротивление меня только раззадорило. Я с детства не любила отступать и считала, что деньги всё могут.
