Три дикаря для попаданки

– А кстати, около тебя нашли вот этот роман, новинка мира фэнтези, «Избранная для троих». Я совсем не любительница такого жанра, но скажу тебе, мужики – огонь и секс что надо, я читала тебе вслух, когда ты прохлаждалась две недели, а должна была учить роль, у нас в новом сезоне «Гамлет».

Камилла постучала острым ноготком по твердой обложке романа, что лежал на прикроватной тумбочке. На обложке были изображены силуэты троих воинственно настроенных мужчин, в их руках холодное оружие и нежная девушка с рыжими волосами.

Лиза за все то время, что пришла в сознание, так и не притронулась к ней, боялась, но сама не знала, чего больше. Того, что узнает, чем все-таки закончились приключения рыжеволосой девушки, или понять, что она сошла с ума.

Потому что сдвиг по фазе был очевиден.

Расскажи она кому, что видела и что с ней было, никто не поверит, соберут консилиум из профессоров психологии, и здравствуй, дурка, где она станет овощем после местных препаратов.

Лиза вздрогнула от испуга, посмотрела на подругу, нет, Камилла тоже не поверит.

Трех дикарей, что были с ней вместе. Как они брали ее, целовали, как она принимала их члены, ласкала, сосала, облизывала, стонала и срывала голос в крике от мощных оргазмов. А еще ревность и ту последнюю ночь кровавой луны. Как сопротивлялась Арону, как была очарована Каем и уверенным Греем.

Но если она начнет рассказывать, как голая оказалась в незнакомом лесу, а потом ее поймали, держали в клетке, чуть не изнасиловали. Трахали трое братьев, и на глазах отрубили голову начальнику охраны крепости… Нет, она никому ничего не расскажет.

– Как смотришь на поездку к тетке?

– Нет, Камилл, извини, я домой хочу.

Домой действительно хотелось до слез, которым Лиза давала волю ночами, но потом уставала плакать и просила на посту успокоительного. Такое чувство, что из нее вынули душу, скомкали, встряхнули, а на место так и не вернули.

– Ты поливала мои кактусы?

– Конечно, даже купила новый.

– Значит, перелила и заменила.

Камилла морщит носик, стоя у зеркала, подкрашивает губы, поправляет прическу. Раньше бы Лиза завалила ее вопросами: о том, как слетала на море, для кого крутит кудри. Но все до такой степени, очевидно, что становится стыдно за безразличие.