Три дикаря для попаданки

Арон, опустившись, целует грудь, живот, а затем, как под неким гипнозом, он хочет попробовать свою женщину в самом сокровенном месте. Смотрит на припухшее лоно, сам не веря тому, что происходит, но голодным зверем припадает к этому влажному бутону, засасывая, пьет его нектар, терзает, покусывая, плоть. Впивается губами, терзает, теряя над собой контроль.

Лиза кончает на его губах так быстро и остро, что колет в груди и перехватывает дыхание.

– Не могу больше,– Арон сжимает член, скользит набухшей головкой по половым губам, входит резко, заполняя Лизу собой полностью.

Он готов брать ее всегда, везде, поить своим семенем ее лоно. А то, что Лиза уже носит ребенка, переполняет его невероятными эмоциями.

В ушах шумело, Арон сжимал бедра девушки, он смотрел на то, как ее ласкают братья, как Грей лижет грудь, а Лиза при этом массирует его член, принимая в свой ротик член Кая.

Лизу накрыл второй оргазм, сквозь тело прошел жар, она дернулась, напряглась, запястье зажгло, она выпустила изо рта член Грея, снова закричала.

Теплая сперма мощными струями омывала ее лоно, Арон кончал с утробным хрипом.

Но не успевает Лиза отойти от удовольствия, как ее снимают с члена Арона и укладывают на грудь Кая,широко раздвинув бедра. Снова ласки, касания, Лиза теряет связь с реальностью, член Кая легко скользит в нее, а анальное отверстие стимулируют языком.

Все повторяется снова, как на алтаре. Трое Великих Гуров берут свою избранную.

И вот в ней уже два члена, они разрывают до легкой боли, до той грани, после которой ее ждет лишь удовольствие. Грей аккуратно входит в ее попку, мышцы ануса расслабляются, принимая его.

Арон проводит по своему влажному члену несколько раз, он все еще мокрый от соков Лизы. Забирается на стол, взяв ее за подбородок, несколько секунд смотрит в глаза, а потом Лиза сама берет его, открыв рот, скользит губами по твердой плоти.

Свечи мерцают, молния за окном разрывает небо яркими вспышками, Лиза принимает трех мужчин, тело, сознание, разум – все закручивается вихрем удовольствия, которое еще немного, и разлетится на части яркими осколками.

Она уже не может кричать, члены набухают, становятся еще больше. Слишком жарко, все внутри горит, а пространство становится вязким. И вот перед ними уже не стены дома с картинами и наполовину сгоревшими свечами, а каменная кладка крепости и факелы по углам помещения.