Онлайн-библиотека книг
– Его телефон разряжен. Если будешь с ним созваниваться, скажи ему, что я здесь, хорошо? Я даже не знаю, как мне вернуться домой. А ты знаешь, что может зайти и Калеми? У него был ужин, но он сказал, что потом ко мне присоединится. Хочешь тут с нами посидеть в приватной зоне? Я скажу охраннику, чтобы он тебя пропустил.
– Нет, спасибо, я прогуливаюсь…
– Ладно, как хочешь. Я буду тут, возможно, только спущусь вниз, потанцевать.
И она уходит, виляя бедрами. На ней черные кожаные шорты, джинсовая куртка, серебристая рубашка и вечерние ходули.
– Так, значит, это действительно ты. Я увидела тебя издалека, но не была уверена. Привет.
Она мне улыбается своими голубыми глазами, красивая, как никогда. На ней элегантное черное платье, ее волосы собраны. Ее красота кажется почти неуместной в сравнении со всем тем, что я видел до сих пор. Ее хрупкость, плечи, точеные руки, из украшений – совсем немного белого золота… Она подходит и целует меня в щеку.
– А ты тут что делаешь?
Она смеется и качает головой.
– На этот раз я тут ни при чем! Клянусь! Я же не виновата, что ты здесь, это же не я прислала тебе приглашение. Так что это случайность.
– Да, я тебе верю…
Она с облегчением вздыхает.
– Вон, смотри…
И она показывает на большую букву «Ф», инициал названия канала: ее проекции присутствуют везде, отражаются на всем, на бокалах, даже на краях ринга.
– Тебе нравится? Это я ее сделала. Меня пригласили как графического дизайнера.
– Да, оригинально. Отличная работа.
– Спасибо.
Мы стоим и молчим посреди этой оглушительной музыки. Но в конце концов Баби больше не может сдержать любопытство, которое, видимо, одолевало ее с самого начала.
– Ты один?
– Да.
Мне хотелось бы сказать что-то еще, но я не знаю, почему у меня получается только выдавить из себя «да».
– А ты?
– Да, и я тоже.
– Хорошо.
Она смотрит на меня с улыбкой.
– Тогда, может, мы еще увидимся.
– Да…
Мы еще несколько секунд стоим так, а потом я ей улыбаюсь и ухожу. Но вскоре не выдерживаю, оборачиваюсь и вижу, что она поднимается на ринг. И тогда я смешиваюсь с толпой. У меня больше нет с ней ничего общего.
