Три ночи с повесой

 — Я надела его только для тебя, — шепнула она, заметив, каким взглядом он смотрит на платье.

Словно в подтверждение своих слов она огладила руками тугой корсаж, подчеркивающий выпуклость груди и изящные очертания бедер. Из груди Джулиана вырвалось рычание.

— Ну? Как я выгляжу?

Сногсшибательно. Язык Джулиана прилип к гортани. Только спустя какое-то время он снова обрел способность говорить.

— Ты похожа на самую яркую звезду с небес, упавшую на землю.

Рассмеявшись, Лили придвинулась к нему.

— Тут так темно.

Я не могу разобрать, что ты сказал, но мне нравится, как ты смотришь на меня. Будто видишь не платье, а то, что под ним. — Взяв Джулиана за руку, она положила ее себе на талию. — Обними меня.

Джулиан так и сделал. Бог свидетель, его не нужно было просить дважды. Руки его, казалось, были везде — легко и плавно скользили по ее талии, ласкали изящные округлости бедер, потом поползли вверх, накрыв грудь.

А потом он поцеловал ее, с такой голодной страстью впившись в ее губы, что на миг даже испугался, что сделал ей больно.

Но затем он вдруг услышал ее стон, низкий, чувственный стон, и почувствовал, как их языки сплелись. Пылкость, с которой Лили вернула ему поцелуй, не уступала его собственной. Пальцы ее запутались в волосах Джулиана — кончики ногтей царапнули кожу, но мгновенная боль тут же сменилась острым наслаждением. Завтра там наверняка останется след от ногтей, промелькнуло у него в голове — еще одно подтверждение, что все это ему не привиделось.

Господи спаси и помилуй, это все-таки произошло!

Нагнув голову, Джулиан прижался губами к обнаженной шее Лили, наслаждаясь теплом и ароматом кожи.

Лизнув ее, он почувствовал, как бешено бьется пульс, и это едва не свело его с ума.

— Я обманула тебя, — пробормотала она, постанывая от наслаждения. — Раньше, когда сказала, что подумываю завести любовника. Я и не думала об этом. Вернее, думала… но о тебе.

— Это невозможно. Я не могу это допустить, — выдохнул он, осыпая ее торопливыми жадными поцелуями.

Проклятие! До сих пор не верилось, что это происходит наяву. Одно слово Лили, один жест, который можно будет расценить, как пусть и робкое, но поощрение, взмолился он, и…

И Джулиан получил то, о чем мечтал. Поощрение, причем совершенно недвусмысленное.

— Я не могу заставить себя не думать о тебе. Я постоянно думаю об этом — с того самого дня, как ты поцеловал меня в первый раз. Я будто сгораю в медленном огне. Стоит только закрыть глаза, как я вижу тебя.