Три ночи с повесой

По лицу Джулиана было ясно, что он колеблется.

Схватив Джулиана за отвороты пальто, Лили притянула его к себе.

— Выбери меня, — попросила она. Господи… она уже готова была умолять, чтобы он остался. — Выбери нас, Джулиан. Если ты сегодня оставишь меня одну…

Если женщина ставит условия, значит, она в отчаянии. Значит, она готова на все. И раз уж все ее доводы, просьбы, мольбы не смогли заставить его передумать, выходит, придется пустить в ход последнее средство.

— Если ты сейчас уйдешь, — звенящим голосом заявила она, понимая, что еще немного, и у нее просто не хватит духу это сделать, — что ж, тогда можешь не возвращаться.

Я больше не хочу тебя видеть, Джулиан. Никогда.

И замерла, со страхом ожидая ответа. Тишина, вязкая, точно клей, стала расползаться, заполняя все собой, вытесняя из легких воздух, и Лили вдруг почувствовала, как ее сердце будто разом превратилось в кусок льда.

Все звуки как будто разом исчезли, и наступило молчание. Наверное, так тихо бывает только в могиле, промелькнуло в голове у Лили.

Во всяком случае, ни с чем другим это нельзя было сравнить.

Она понятия не имела, сколько прошло времени… А потом он вдруг поцеловал ее с такой трепетной нежностью, что у нее задрожали губы… Обхватив ее лицо руками, Джулиан долго-долго смотрел ей в глаза.

— Благослови тебя Бог, Лили, — прошептал он, смахнув повисшую на ее ресницах слезинку. — Спокойной ночи.

Вскочив в кеб, Джулиан велел вознице ехать к особняку Эйнзли. Он и оглянуться не успел, как уже стоял посреди той же самой улицы, где какие-то десять минут назад его догнала Лили.

Невероятно. Не веря собственным глазам, Джулиан снова взглянул на часы. Неужели с тех пор, как он услышал стук ее каблучков, прошло всего десять минут?! Он вспомнил, как держал ее в объятиях, как ее руки обвились вокруг его шеи, снова почувствовал аромат ее тела. Неужели совсем недавно ее пальцы ласкали его…

Не сейчас, одернул он себя. Только не сейчас.

Пистолет, который он выронил тогда, исчез — как и следовало ожидать.

Любая мало-мальски ценная вещь не пролежала бы на лондонской улице и минуты, это Джулиан хорошо знал еще с детства. За углом фыркнула лошадь — вдоль улицы выстроились экипажи, дожидаясь, когда бал закончится и гости начнут разъезжаться по домам. Однако пока что вокруг было безлюдно и тихо.

Итак, он здесь — один, безоружный, а свидание со смертью, похоже, отменяется. Ну, или, во всяком случае, откладывается на неопределенное время.