Три ночи с повесой

Джулиан повернул на север и направился к Спитафилду. Он шел навстречу людскому потоку — бедный люд, выбравшись из своих лачуг, торопился на работу, в более благополучные кварталы.

В воздухе, словно приветствуя его, плыл звон колоколов — звонили на колокольне церкви Крайстчерч. Добро пожаловать домой, слышалось Джулиану. Он невольно улыбнулся — первые девять лет своей жизни он засыпал и просыпался под этот звон.

Поколебавшись, он вошел в церковь — впервые за последние двадцать лет, наверное. Шла утренняя служба, и Джулиан сел на заднюю скамью, чтобы не мешать молящимся.

Он окинул взглядом сводчатые ниши в стене и мысленно перенесся в прошлое. Много лет назад, благоговейно любуясь на эти арки и изящные белые колонны, он свято верил, что это самое огромное, самое величественное здание в мире.

Чувствуя на себе строгие взгляды святых, Джулиан позволил себе немного поразмыслить.

Как и следовало ожидать, мысли его устремились к Лили. Возможно, ему так и не суждено узнать, кто убил Лео.

Зато теперь он точно знал, что Лили любит его. И это делало его самым счастливым человеком в всей Англии, а может, и в мире. И тут он вдруг вспомнил, как она поставила ему ультиматум, и сразу помрачнел. Он уже не раз успел убедиться, что силы воли ей не занимать. Оставалось только надеяться, что любовь окажется сильнее обиды.

Джулиан сам не заметил, как принялся размышлять, что от него потребуется, если он решит все-таки навсегда связать свою жизнь с этой женщиной. Не просто провести с ней ночь, а сделать ее своей навсегда.

Для начала, видимо, придется совершить самоубийство, усмехнулся он. Мистеру Джеймсу Беллу предстоит в скором времени распрощаться с жизнью, а ему — с возможностью и дальше заниматься своим бизнесом. Леди, занимающей такое положение в обществе, как Лили, не пристало быть женой торговца. Джулиану внезапно стало грустно. Он столько лет трудился, и вот так, в одночасье, все бросить… А как же его служащие, спохватился он. Что будет с ними и их семьями — ведь их благополучие зависит от него.

В отличие от других хозяев Джулиан всегда был щедр, и жалованья его рабочим с лихвой хватало для безбедной жизни. Он сильно сомневался, что все останется по-прежнему, когда его фабрики перейдут в другие руки.

Но ведь сейчас речь идет не только о его бизнесе…

Чтобы быть с Лили, ему придется действительно быть с Лили. Войти в ее мир — вернее, остаться в нем навсегда. Прощай, холостяцкая вольница.