Тридцатая застава

Поеживаясь от холода, он с недоумением поглядывал на своего хозяина.

— Ищи, друг, ищи! — торопил проводник.

И вдруг Рекс нервно пошевелил ушами, потянул носом и насторожился. Потом дернул поводок и взял наискосок от следа в сторону границы. Селиверстов устремился за ним. У самой речки собака остановилась, принюхиваясь. Шерсть на загривке стала дыбом.

— Ну же, Рекс, ну! — уговаривал проводник, подталкивая собаку, и она рванулась к торчавшей невдалеке ветке и начала лапами разрывать снег.

— Что там? — нетерпеливо спросил старший группы поддержки.

— Черт его знает… Вот — какой-то прутик… — Селиверстов подал подобранную Рексом ветку.

— Ветка как ветка. Но что это? Снег? — старший присветил фонариком, и теперь все заметили, что к нижнему концу ветки что-то привязано тряпкой. Передав фонарик Селиверстову, он осторожно начал разворачивать комок, согревая его своим дыханием. Под тряпкой оказалась засаленная бумага, а в ней остатки бутерброда. Видимо, нарушитель специально подготовил этот своеобразный «подарок», чтобы отвлечь собаку от следа, если его обнаружат советские пограничники.

— Дивн-но! От i снiданок для Рекса, — не стерпел балагур Денисенко, но его шутки никто не поддержал, а командир отделения недовольно покосился на пограничника.

— Нечего зубы скалить… Все это неспроста, хитро задумал, подлец. На границе случайностей не бывает — наставительно произнес он и, спрятав в карман «собачий завтрак», стал разглядывать при свете фонарика измятую бумажку.

С большим трудом удалось разобрать прыгающие буквы, написанные вкривь и вкось простым карандашом.

Видно, автор писульки не очень дружил с русскими буквами и писал не за столом, а на ходу, в спешке.

«О дзесентой године к вам пролезе недобри человек, ворог. Верьте, я ваш пшиятель».

— Нашелся приятель! Провокатор он, запутать хочет, — зло произнес кто-то из пограничников.

— Почему провокатор? А след? Надо разобраться… — возразил Семенюк.

— Отставить разговоры! — оборвал бойцов старший группы.

Разбившись на группы по два, пограничники ушли на преследование в направлении вероятных путей прорыва.

На рассвете метель утихла. Удрученные бесплодными поисками бойцы возвратились на заставу. Здесь их встретил комиссар отряда Шумилов. На этот раз его живые, немного насмешливые глаза под белесыми бровями глядели мрачно. Могучая фигура ссутулилась, словно сжалась в объеме.