Тринадцатая невеста

 – И спрошу у старейшин».

– Спасибо. А я еще с Хиларом посоветуюсь. Раз драконы умеют общаться ментально и слать мыслеобразы, да еще и обладают драконьей магией, то, возможно, они умеют что-то подобное.

Точно. Всех опрошу. И дракона, и ригатов, и даже у домовых не постесняюсь спросить. И оракула к стенке припру, раз уж меня сюда из-за него втянули. Но так просто, без борьбы, я свою память не отдам.

Снова разболелась голова. Лекарство пить еще рано, три часа не прошло, но что-то меня эти девичьи посиделки совершенно доконали.

Слишком много впечатлений: признание Мариты, потом беседа с девушками, а уж речи Ариты… Я встала и нервно прошлась по комнате, зачем-то подошла к шкафу, открыла его, постояла перед открытыми дверцами, разглядывая свои новые наряды от эльфов. Опустила глаза вниз. Там на дне шкафа лежал скомканный белый свитер Адриэна.

Я вынула его, развернула, и оттуда выпала моя футболка, которую я надевала под него. Прошла с этими вещами к кровати, плюхнулась и стала рассматривать. На белом шерстяном полотне свитера в районе груди красовалась выжженная дырка с черными обугленными краями.

И точно такая же дырка на футболке. М-да. Даже думать не хочу, что это за «черная смерть», которой в меня запульнула Марита, и что было бы со мной, если бы заклинание сделало свое дело. Я нервно потерла грудь. Брр. Ужас! Не иначе Бог хранит меня, раз позволил встретиться с призраком Керсента и я заполучила его кинжал и кольцо.

Я просунула пальцы в дырку в свитере, пошевелила ими, и вдруг меня накрыла запоздалая реакция.

Со мной всегда так. Когда опасность или беда, я мобилизуюсь и держусь – настоящий кремень. А потом приходит отходняк, а вместе с ним и слезы. В последний раз я так плакала после приключения на кладбище, а еще до этого – после нападения маньяка. Вот так же рыдала в ванной, сняв рваную одежду и смыв грязь. Защитная реакция организма, чтобы не свихнуться, а выпустить шок и стресс.

Слезы текли непрекращающимся потоком, и так мне себя жалко было, не передать. Ферекс сочувственно взглянул на меня, вздохнул, но мудро решил, что не стоит мешать.

Поэтому просто отошел поближе к двери, отвернулся и лег, положив голову на лапы.

Уткнувшись лицом в обугленный свитер, я упивалась собственными страданиями, как вдруг щелкнул замок, раздались быстрые шаги, мои руки отняли от лица вместе с зажатым в них свитером, и я встретилась с взглядом синих глаз.

Адриэн смотрел на меня испуганно. Да, пожалуй, именно это было в его глазах – страх.