Тринадцатый VIII (СИ)

Так делали Шолоховы в отношении Лизы. Я хотел использовать их, а они решили обратить это в свою пользу. Но как итог, теперь обиженный призрак Лизы постоянно со мной. Пока не докучает.

— Да, дочка. Послушай своего… — граф не знал в каком статусе в отношении его дочери меня назвать.

— Друга, пока что, — ответила Маша.

Граф вопросительно посмотрел на меня. И я ответил:

— Да, пока мы дружим, а дальше, как пойдёт. Учитывайте, что мне всего семнадцать лет.

Именно об этом мы с графом договорились при нашей первой встрече в училище.

— Для аристократов возраст не имеет значения. По закону у нас нет ограничений.

— Но ты сам говорил, что брак до восемнадцати лет — это дурной тон!

— Говорил. А разве это имеет значение, если вы уже живёте вместе?

— Пап! Мы спим в разных комнатах!

— Игорь Владимирович, если я захочу жениться на вашей дочери, то только с её согласия. Вы знаете, для меня не важен статус. Важно нечто другое…

— И что же? — осторожно поинтересовалась Маша.

— Искренность, — ответил я, пожимая плечами.

— Согласен, — выдохнул граф и отвёл взгляд.

— Мы с Машей стали общаться, когда она считала меня простолюдином. Она не смотрела на мой статус в отличие от вас.

— Да, я и подумать не мог, что князья нынче скрываются. Знал бы, всё сложилось бы совсем иначе.

— Знаю, и поэтому хорошо, что мы познакомились раньше, — я усмехнулся уголком рта.

— Пап, ты, видимо, не так понял, — тихо сказала Маша.

— В смысле? — нахмурился граф.

— Я узнал вас реального. И сделал так со многими аристократами, и не только.

— И кто же я, по-вашему?

— Человек, который искренне любит дочь. Но при этом слишком кичиться за благосостояние семьи. Поэтому связь с простолюдином была бы для вас неприемлема. А чтобы не пошли слухи, вам было проще лишить дочь обеспечения. Преподать ей урок. Но в итоге этот урок получили вы сами.

Граф задумался. На его лице больше не было ни злости, ни удивления. Этот разговор должен был расставить все точки над «и», и он не спешил с ответом.

— Я понял вас, князь. Хорошо понял. Этого достаточно, чтобы я без зазрения совести отпустил с вами мою дочь. Снова. Но в этот раз не ради того, чтобы преподать ей урок. Я верну ей всё обеспечение. И буду рад дальше поддерживать с вами обоими тёплые отношения, — граф искренне улыбнулся. — Я помню, что вы спасли меня, несмотря на всё, что я сделал под влиянием ментальной магии. Я ваш должник.