Тринадцатый XII

Целителя у нас не было, а обычная аптечка тут не поможет… Ему не выжить.

— Импе… — он попытался что-то сказать.

— Ты многое для нас сделал, спасибо, — у меня едва получалось говорить ровно.

— Мы вкололи ему морфий, — сообщил Илюха. — Больше ничего сделать не можем.

Я лишь кивнул.

— Моя се…семь… — продолжил Бортников.

— Я позабочусь о них. Обещаю.

Видимо, мужчина держался только для того, чтобы задать этот вопрос…

Он слегка кивнул, а губы растянулись в лёгкой улыбке. Павел закрыл глаза, и его грудь перестала подниматься.

И пусть я узнал имя этого человека только вчера… но он был из моих людей!

Я подошёл к аборигенам, уже не скрывая злости. Сжал кулаки до боли, и уже на автомате стал усиливать свой источник магией извне. Нити, соединяющие меня с теми, с кем я делился даром, никуда не делись. Наоборот… В мире с повышенным магическим фоном было гораздо проще черпать энергию.

— Сотня за одного, — повторил я, глядя в глаза вождю.

Он упал на колени. А вот Нак остался стоять.

— Не тронь людей.

— Поздно. Теперь мне нужна только месть.

А я прикинул, что в отряде Баха было шестьдесят три аборигена. Сосчитал их всего за несколько секунд по памяти. По той картине, которую я оставил после своего заклинания.

Люди стали отходить в город. Ими повелевал страх,

— Не хватает тридцать семь, — ровным тоном продолжил я.

На окраине города стояли воины, единственные кто не стал бежать в город. Около пятидесяти краснокожих. Но я не собирался давать Баху выбор, кого именно из них забрать.

"Пальцы вывели в воздухе плетение световых игл. И через миг они пронзили нужное мне количество аборигенов. Краснокожие падали одновременно. Я целился в голову… так, чтобы потом ни один целитель не помог.

— Теперь мы квиты. Но если хоть одна из девушек пострадала… — ярость затмевала мой разум.

Больше всего я терпеть не мог, когда меня обманывают. Когда втираются в доверие и предают. А Бах хотел поступить именно так. Ещё и машины отобрать под шумок.

Не убей я их… и мы сами были бы уже мертвы.

— Не пострадали, — возразить мне смог только Нак. — Они ценный товар. Слишком ценный, чтобы просто убить.

— Что с ними сделают?

— Продадут в гарем к кому-нибудь из верховных. Выставят на площади и отдадут тому, кто предложит высокую цену.

— Тогда нам надо спешить. Садись! — я указал на пассажирское место спереди в своей машине.

А сам сел за руль.

Подождал, пока парни займут свои места в других машинах.