Тринадцатый XII

Ты сможешь убедить его также, как это сделал со мной.

— Звучит бредово, — хмыкнул парень.

— Ты даже не попытался. Неужели на этом всё? Готов сдаться? А ты уверен, что твоим детям артефакт не ответит также? А может это вообще часть испытания?

Вячеслав напрягся. Он поднял голову и посмотрел мне в глаза. Не передать, сколько боли там я увидел.

Всего одна фраза, даже не от человека, а от артефакта, и Вячеслав был готов сломаться.

— Это всего лишь артефакт, — процедил Вячеслав и от злости пнул монолит ногой.

— Зря ты так.

— Тебе легко говорить! Тебя артефакт принял сразу!

А вот тут скрывался подвох. Как говорил артефакт нашего рода, важна не только кровь, но и личность. И именно из-за родового испытания погиб мой предшественник. Вернее, из-за того, что ради получения наследства его вытащили из монолита в горе раньше, чем он закончил испытание.

— Не меня, — холодно ответил я парню.

Он словно забыл, что знает правду. А ведь Пожиратель душ говорил ему.

И сейчас парень странно на меня посмотрел.

"— Регат меня побери, если смог ты… А я был рождён Голицыным! Я смогу, — эмоционально проговорил он и снова приложил руки к монолиту.

— Сможешь. Пока не получится, мы с этого кладбища не уйдём, — шутливо сказал я.

У меня получилось подбодрить парня, и он усмехнулся.

Затем сделал глубокий вдох и сосредоточился на монолите. Первые минуты ничего не происходило, Вячеслав даже не двигался. А затем его руки напряглись.

Потом монолит с другой стороны начал преображаться. Словно это не камень, а обычный пластилин. И так до тех пор, пока в склепе не появился проход.

— Фух! — тяжело выдохнул Голицын и отошёл от стены с гербом.

Его колени дрожали, словно парень вот-вот упадёт.

— Ты смог, — улыбнулся я, кивая в сторону прохода.

— Ага… Казалось, что ещё чуть-чуть, и я сдохну. Артефакт пытался прогнать меня, как только мог.

— Но ты не уходил.

— Нет. Решил, что буду стоять, пока не упаду. И плевать на всё… Я должен был выполнить свой долг. Хотя в какой момент было такое ощущение, что руки пронзают тысячи острых игл. Прямо насквозь.

Он смотрел на свои ладони, которые были целыми.

— Считай, что ты прошёл первый этап.

— Что? Думаешь, это было частью испытания.

— Да. А иначе бы артефакт тебя не пустил. Ты же больше не общался с ним мыслено?

— Нет.