Тринадцатый XII

А я с облегчением выдохнул, потому что хотя бы со своим представителем в других государствах, определился.

Но даже так, оставалось уйма работы… И когда я успел стать трудоголиком? Вроде мечтал о власти, деньгах и девушках, а не о постоянной рутине. Впрочем, делегировать задачи я научился на уровне бога, и сейчас самое время приложить весь свой талант.

Вячеслав со своим прадедом слегка опоздали. Они ехали поездом, а часть рельс по пути повредили твари. Им пришлось дожидаться оперативной группы целых пять часов. Но с другой стороны, на машине этот маршрут становился ещё опаснее.

По сравнению с прошлым годом регатов стало гораздо меньше, но они по-прежнему продолжали нападать на людей.

Единственное — они больше не поглощали души. Цепочка нарушилась, и теперь на дорогах стали встречаться призраки. По крайней мере, так мне отчитался Иван Фёдорович, который взялся восстанавливать дороги после недавней войны.

— Затишье было недолгим, — сказал Вячеслав, после того, как я ввёл его в курс дела.

Я сидел за своим столом в кабинете.

"— Ты родился в семье Голицыных. Тебе с детства внушали, что такое долг перед империей, князь Голицын, — я специально назвал его по титулу, подчёркивая положение.

— Ага. И ты не представляешь, как это давило и угнетало. Только последний месяц я почувствовал себя свободным от всего этого.

— И то, потому что переложил обязанности по восстановлению дел рода на управляющих.

— Ты делаешь точно также.

— Да, у меня же всего двадцать четыре часа в сутках.

— Видел, — кивнул он. — И это сперва повергло меня в шок.

— Если я буду каждый день заниматься только устранением последствий проповедей Градимира, то у меня больше ни на что времени не останется.

— И ты хочешь, чтобы этим занялся я.

— Ты правильно понял. Я не могу разорваться между просящими помощи и войной на востоке. Мне нужно лично туда отправиться. Как можно скорее.

— Хорошо, — внезапно быстро согласился Вячеслав.

Я слегка наклонился к нему через стол и ответил:

— Ты целый князь. Князь, который спас тысячи магов от смерти. Один из самых почитаемых и влиятельных людей в империи. Так будут писать о тебе в глобале. Таким запомнят, а не императором — трусом, как говорят сейчас.

Вячеслав сморщился, я надавил на больное. И обернул всё так, что помощь мне решила бы все его проблемы.