Тринадцатый странник

— У него что, еще и рентгеновское зрение? — изумились парни.

Я молчала, наблюдая происходящее. Ян коротко выдохнул и так же коротко ударил в стекло. Миг изумленной тишины. И бронебойная небьющаяся преграда расцвела трещинами, а после со звоном осыпалась. Странник перешагнул осколки и подошел ко мне.

— Семьдесят, — обрадовался Ник. — Семьдесят два балла! Эй, Энд, гони мне сотню, ты проиграл!

— Значит, мне не показалось, что ты пришла, — криво улыбнулся Ян, не обращая внимания на суету.

— Пришла вот… да, — нелепо повторила я, не зная, что сказать.

Он тронул ладонью горло, отдернул.

— Связки повредил. Давно, девять лет назад. Теперь вот хриплю.

Понятно? Черт-черт. Я самая косноязычная девица на свете. Я просто богиня косноязычия. Мне бы сказать, что его хриплый голос заставляет мои колени дрожать и пускает по телу сотни мурашек, но… конечно, я этого не скажу.

— Надо поговорить, — серьезно сказал Ян.

— Уже нет, — я слабо улыбнулась. — Да, идем. Здесь есть тихое место.

Из лабораторий мы вышли и молча направились дальше. Я на него не смотрела, это и не нужно было, присутствие Яна я ощущала всем нутром.

— Тебе надо учиться скрывать свою силу, — тихо сказала я, когда мы вошли в небольшой зимний сад. Ян в своих штанах цвета хаки, армейских ботинках и черной майке-борцовке здесь казался до дикости неуместным. Там, на полигоне, он выглядел органичнее, чем на низкой скамейке под цветущим деревом.

— Ты видишь ее как-то. Мне уже объяснили, что ты видишь всех нас иначе. Не только оболочки-тела.

— Да, — я тронула тонкий влажный листочек. — Я вижу вашу силу. Даже непробужденную. А у тех, в ком она проявилась… — бросила взгляд на его сияющие крылья. — У них особенно… но странники свою силу скрывают.

— Там, в горах, ты тоже это видела? — прямо спросил он.

— И на что это похоже?

— На крылья, — улыбнулась я.

— Это очень странно, — помрачнел он. — Словно я попал в свою собственную книгу и стал персонажем.

— Просто ты всегда чувствовал собственную необычность, — пожала я плечами. — Поэтому твое сознание и трансформировало ощущения во все эти фэнтезийные миры. Так бывает, Ян…

— О чем мы говорим? — вдруг вскинулся он и резко поднялся. От его движения качнулась ветка, осыпая нежные бледно-розовые лепестки с цветов.