Трио неизвестности

 – Галилей пыхнул трубкой и улыбнулся: – Результат может быть любым, главное – процесс.

Настоящий астролог: плевать, с какой планеты уходишь и на какую направляешься, главное – сам переход через Пустоту, за которым следует томительное ожидание нового прыжка.

– Какая тебе вообще разница, что происходит?

– Бедокур, твоя главная проблема в том, что ты очень большой, поэтому некоторые важные, но маленькие вещи от тебя ускользают, – размеренно произнёс астролог, попыхивая вихелем.

 – Ты похож на большого ребёнка: узнал о чём-то новом – и запомнил на всю жизнь, не понимая, что завтра ты опять можешь узнать что-то новое.

– Или то же самое новое.

– Или его, – согласился астролог. – Но оно всё равно будет новым – я удивлюсь или обрадуюсь.

– То есть ты узнаешь о неком событии во второй раз, как в первый…

– Вижу, ты начинаешь прозревать.

Несколько секунд Бедокур обдумывал услышанное, заодно припоминая поведение Галилея, после чего произнёс:

– Но ты тоже многое запоминаешь.

– Важное, – уточнил Квадрига. – А остальной поток информации входит в меня в режиме океана: то прилив, то отлив…

– Сейчас тебе приливает или отливает?

– Это не зависит от времени суток. Но если тебе интересно, то сейчас я курю и думаю: зачем ты пришпилил поверх нашего названия эту ужасную табличку?

– А-ааа… – Галилей вновь пыхнул трубкой. – А я разве не рассказывал, что урийцы опознают свои корабли по нарисованным на спинах номерам?

– Ядрёная пришпа! И когда он планировал об этом сообщить? – поинтересовался Помпилио.

– Я постарался донести до Галилея всю глубину нашего неудовольствия, – ответил Дорофеев. – Он просил передать свои самые искренние сожаления.

– Понятно, – сухо отозвался дер Даген Тур. – Где Галилей сейчас?

– И правильно делает.

Астролог ничего не испортил: регистрационные номера цеппелей не совпадали с их идентификационными кодами – это уже проверили, – а поскольку номера в эфире не звучали, маскировать «Пытливый амуш» надписью на спине не имело смысла: вероятность совпадения была слишком низкой.

Однако Галилей не донёс до командования важную информацию, пусть ненужную, но важную, и за это его следовало наказать.

– Придумайте для него что-нибудь, Базза.

– Обязательно, мессер, – кивнул Дорофеев. – Одной головомойкой Галилей не отделается.