Трио неизвестности

Не потому, что испугался, а просчитав варианты и оценив, что плохой наиболее очевиден. – Они нас расстреляют.

Лес густой, сверху людей не разглядеть, урийцы, конечно, устроят прочёсывание, но очень скоро поймут, что просто растрачивают боеприпасы, и… Что они сделают? Уничтожат «Дрезе» – это понятно, сообщат своим, что на Мартине есть выжившие члены Девятнадцатой Астрологической… И? И ничего. Улетят, потому что решат, что оставшимся без корабля цепарям рассчитывать не на что. Урийцы уйдут, а вернувшийся Шилов возьмёт лингийцев на борт.

Вариант выглядел отличным, но был нюанс: с Близняшки наверняка видели, что «092» неоднократно подходил к «Дрезе», и если урийцы узнают, что ремонтом занимаются лингийцы, то сразу поймут, что Шилов захватил крейсер.

– Может, подать сигнал Матиасу? – неуверенно предложил Эггерт.

– Так мы сразу выдадим себя.

– Я понимаю. Но какие есть варианты?

– Ждать, – коротко ответил Жакомо. – Ждать и надеяться на то, что Шилов успеет нас прикрыть…

И подтверждая его правоту, в переговорной трубе прозвучало радостное:

Разумеется, капитан Филист решил, что на горизонте появился «Яртекмунуль».

Он даже в страшном сне не мог предположить ничего другого: импакто вёл себя как обычно, не единожды выходил на связь с Оперативным центром, подтверждая себя опознавательным кодом, выполнял все поступающие приказы… Да и кто его мог захватить? Все цеппели Девятнадцатой Астрологической уничтожены, ну, за исключением тех, которые успели сбежать на Близняшку. Капитан «Яртекмунуля» о приближении лингийцев не докладывал, а значит – всё в порядке.

Филист и Матиас обменялись опознавательными кодами, затем Шилов сообщил, что «здесь стало скучно», дружище, а Филист подтвердил приказ о возвращении на Близняшку.

– Принято, – спокойно отозвался Шилов, молясь о том, чтобы командир урийцев не оказался приятелем настоящего капитана «Яртекмунуля». – Я только возьму на борт наших ребят.

– Ражве они не починили цеппель?

Несколько мгновений Филист обдумывал услышанное, после чего сообщил:

– Они не выходят на свяжь.

– Мы так и не смогли починить рацию – даже собрав все остатки со всех цеппелей и добавив мои запчасти. Увы, повреждения очень сильные.

– Принято, – согласился Филист. – Что вам ижвестно о судьбе капитана Бордакара?

– К сожалению, погиб, – с хорошо сыгранной горечью ответил Матиас. – Мне очень жаль.

– Он был моим двоюродным братом.

– Приношу свои соболезнования.