Трио неизвестности

Которые не рехнутся от свалившихся на них богатства и власти, а останутся такими же исполнительными и преданными, как тогда, когда были голодными. Сколько времени понадобится на то, чтобы отыскать таких и понять, что они именно такие? А ещё вырастить, научить, воспитать, стараясь нивелировать отрицательные черты характера, которые есть у всех, подобрать правильную должность в гигантской пирамиде, требующейся для реализации грандиозного замысла. Подготовка к которому тоже требовала невероятных, невозможных усилий. Но у Канцлера, к счастью, было время на вдумчивую селекцию, он занимался ею постоянно, иногда – в ущерб другим делам, занимался тщательно, но иногда ошибался – безгрешных не бывает, – и Магистр стал одной из таких ошибок.

Когда-то яркий, по-хорошему дерзкий, жёсткий, но не жестокий, он превратился в самодовольного подонка, трусоватого и подлого, услужливого и послушного, а не исполнительного и верного – разницу между этими понятиями Канцлер понимал очень хорошо. Магистр не справился, и в последнее время его постепенно отодвигали от сложных, требующих свободного ума операций, и в конце концов назначили ответственным за охрану Близняшки и Мартины.

Но Магистр и тут не справился. Магистр стал ошибкой, и эта ошибка могла оказаться фатальной.

А самое печальное заключалось в том, что толстяк до сих пор не понимал, к каким последствиям способен привести провал, его заботило лишь личное благополучие и то, какое наказание Канцлер ему назначит. Только это. Никакой заботы об общем деле, о стратегической программе, способной перевернуть Герметикон.

Только личное благополучие.

Орёл, превратившийся в падальщика.

– Жначит, они применили новейшее оружие? – протянул Канцлер, выслушав доклад Магистра.

– Да, – подтвердил толстяк и бросил взгляд на Капитана. Третий по обыкновению держался чуть позади, и на него Магистр не посмотрел ни разу.

– Необычное и весьма эффективное оружие, – подтвердил Капитан. – К сожалению, мы не сразу оценили его мощь и… И потерпели поражение.

Капитану тоже было страшно, однако он держался много лучше Магистра.

Почти как Третий, по которому никогда ничего не было понятно.

– Вы не сомневались, что справитесь с дер Даген Туром?

– Даже когда три цеппеля, из которых лишь один был боевым, решили принять бой? – мягко уточнил Канцлер. Уточнил, собираясь продолжить загонять напортачивших подчинённых в ловушку, но осёкся, потому что Магистр развёл руками и произнёс:

И короткая фраза ударила тяжёлым кнутом.

«Да, всё верно – лингийцы.