Трижды до восхода солнца

Любящий сын хорошо знает, что из лекарств ей противопоказано.

— Ошибочка, — язвительно произнесла я. — Какого черта ему являться к нам, если все так складно получилось?

— Чтобы понять это, вновь вернемся к папе. Багрянский-младший мало чем рисковал, вы не спецы из следственного комитета, а две идиотки, которые на слово поверят в рассказ старого друга и проверять его не станут. Зато если им вдруг повезет и они обнаружат причину, по которой Багрянский-старший желал бы избавиться от жены…

— Обвинить отца в убийстве?

— Ну, наконец-то начала соображать.

Папуля — дяденька в летах, здоровье хоть и богатырское, но сердечко лишних волнений может и не выдержать. Бизнесмены вообще народ хлипкий, постоянные стрессы, то да се… Если повезет, парень огребет все деньги без риска, что отец оставит его без наследства, потосковав о супруге и женившись на дамочке детородного возраста.

Примерно то же самое я не так давно говорила Агатке, но теперь, слушая Берсеньева, вдруг начала злиться. И немного перефразировала вопрос, некогда заданный мне сестрицей:

— Слушай, а тебе не очень уютно в этом мире.

— Ты сейчас о чем? — ухмыльнулся Берсеньев.

— О вере в человечество, придурок.

— С верой туговато, тут ты права. Хочешь считать своего дружка приличным парнем — ради бога. Просто сохраняй объективность. Это лишь одна из версий, — добавил он.

— И мне она не нравится.

— Ничего. У нас еще папа есть. Как у старика с моральным обликом? Не очень?

— Не очень, — скривилась я.

— Отлично. Значит, могла быть причина избавиться от жены-старушки.

И в самом деле, пожила довольно, пора и честь знать, уступив дорогу молодым. При разводе ему пришлось бы оставить половину бабла, нажитого непосильным трудом, бывшей. Это ли не повод угостить ее текилой? Как видишь, у нас уже две версии, и обе вполне вероятные. А скажи-ка, моя несмышленая подруга, Агатка что, тачку поменяла? В репортаже с места злодейского происшествия показывали «Ауди».

— Это моя машина, — ответила я, а сердце вдруг екнуло.

— И стреляли возле твоего дома?

— Черт, — пробормотала я и добавила мысленно: «Почему я об этом не подумала?» — Ее машина была на техосмотре, она взяла мою и мое пальто надела…

— А еще вы очень похожи, — кивнул Берсеньев.

 — Тот же рост, фигура, только у тебя титьки больше… лирическое отступление, — хмыкнул он. — Считай это комплиментом. Цвет волос и даже прическа.

— Я вышла на балкон, окликнула Агатку, он поднял голову и меня увидел… скорее всего, и промазал по этой причине.