Трижды до восхода солнца

Надо полагать, это и был супруг истеричной тетки. Она, сбросив его руку, полезла в ящик письменного стола, достала с десяток конвертов и принялась трясти ими перед моим носом.

— Вот, видите? Это угрозы, каждый день я получаю по пачке писем. Вы что думаете… — на счастье, не ее, мое, Юдина вдруг закашлялась, лицо ее покраснело, конверты она выронила и закрыла лицо руками. Муж хлопотал рядом, толком не зная, чем ей помочь. Тетка глубоко вздохнула, перестав кашлять, и уставилась на меня. — То, что не успела Аврора, сделаю я, — чеканя слова, заявила Наталья Петровна.

 — А теперь убирайтесь.

«С превеликим удовольствием», — очень хотелось сказать мне, но я промолчала. Спешно покинула кабинет, а вслед за этим и редакцию.

Оказавшись на улице, немного прошлась и начала горько сетовать, что задание я провалила. Надо было начать разговор иначе, интеллигентно подвести к интересующей меня теме. Мало того что ничегошеньки я не узнала, тетка теперь бог знает что вообразит. Отца и то умудрилась приплести. Пожалуй, бывший в кои-то веки оказался прав: у Юдиной начисто башню снесло на почве борьбы за справедливость.

Хотя если насчет угроз она не фантазировала, то кое-какие выводы можно сделать. Она очень раздражает неких граждан, это первое. Допустим, среди них не все психи и кто-то всерьез видит в ней проблему. Стоило мне произнести имя Авроры, и тетка зашлась в крике, возможно, не я первая допекаю ее разговорами на эту тему — это второе, хотя в моем случае о разговоре и речи нет, она вопила, я слабо вякала, причем не по делу. Тетка мгновенно связала мое появление с угрозами. Значит ли это, что кроме меня уже были ходоки? То есть кто-то намекал ей на ненужность каких-либо публикаций? Скорее всего, так. Уж очень она нервничала. Самое скверное, что теперь рассчитывать на душевный разговор с Юдиной попросту глупо, она вряд ли захочет меня видеть. Агатке появляться у нее тоже не стоит. Хотя вдруг мне повезет, Юдина немного успокоится, проявит любопытство и пожелает меня выслушать.

Я взглянула на часы, пытаясь решить, что теперь делать.

Домой вроде бы еще рано, а в офис вроде бы уже поздно. Спрятавшись от промозглого дождя на крыльце универмага, я набрала номер сестрицы.

— Чего тебе? — спросила она недовольно.

— Как чего? Совета и утешения.

— Советов не даю, только консультирую за деньги. А утешение… верь в хорошее.

— Это очень кстати. Вот сейчас я верю, что ты захочешь отужинать в компании школьного друга.

— Ваньки, что ли? — хмыкнула Агатка.