Трижды рождённый

Не против?

То, что Витька сын своего отца, резко прочувствовал сразу всеми своими бедными косточками. Подскочив, он радостно сгрёб меня в охапку и с силой обнял. “Вот и всё… Смерть моя пришла!” – подумал я, жадно пытаясь впихнуть в себя весь, выжатый крепкими объятиями, воздух и ощущая, как рёбра вдавились до самого позвоночника.

Утром следующего дня кусок не лез в горло… Надо идти лечить Бейллу, но так не хотелось с ней встречаться вновь. Такой негатив и мерзкие ощущения исходили от неё, что даже возле двери возникало желание не войти, а заколотить проём гвоздями, чтобы эта гадина не выбралась наружу.

Надо…

Отбросив все сомнения и брезгливость, пришёл к своей подопечной. Женщина спала, заранее опоенная зельем. Тут Хозяйка Шлёсс подсуетилась, разумно предположив, что в активном состоянии вряд ли Бейлла к себе просто так, без рукоприкладства, подпустила бы. Раскинув золотые щупальца, раскрыл ауру Наследницы. Здоровье нормальное, вроде бы, а вот остальное… Огромный тёмно-серый клубок шевелился внутри её тела, практически не оставляя места для другого.

Какая там выработка хороших эмоций?! Негатив словно раковая опухоль разрастался, подавив все остальные цвета. Кажется, после снятия привязки на Виктора, положение только ухудшилось! Бейлла пожирала сама себя ускоренными темпами. Надо срочно остановить подобное! Долго и упорно вычислял истоки серых нитей. Наконец, нашёл все и стал разрушать их, вливая собственные светлые чувства. Вроде получилось! Практически на силе воли, основательно истратив собственные резервы, смог нейтрализовать последний серый источник. Всё! Больше ничего не могу! Эта дрянь хоть и заполняла всю ауру Бейллы, но множиться больше не будет! Остальное – дело времени и близких людей.

Два дня после этого сидел в запертой комнате как сыч, разрываясь между двумя желаниями – самоубийством и убийством кого-либо самым зверским способом. Если меня так “тряхнуло”, то что же должна испытывать Бейлла? Страшно представить!

… Кони фыркали, нетерпеливо перебирая ногами, предчувствуя дальнюю дорогу.

Большой отряд Хранительниц внимательно наблюдал наше прощание. Я обнял дочерей, Виктора, похлопал по плечу грустного Земелю и бросил пару напутственных фраз Агге-Орр-Нест. Лишь Бейлла проигнорировала мою протянутую руку, полностью уйдя в себя. Всё оговорено и “перетёрто” не по разу… Наконец, отряд выехал из замка, оставив нас Неввой одних.

– Ещё одна история закончилась… – задумчиво сказала она, глядя на пыль, поднятую лошадьми.