Трое из Леса. Первая трилогия

Хрустальный звон сменился сухим треском, будто ломались камни. Скорлупа начала подрагивать, изнутри рвалось нечто. Из трещин пошел ядовито-лиловый свет.

– Безумные… – прохрипел Таргитай. – Сами же исчезнете…"

"Кора вздрогнула, обхватила Олега за шею, прижалась. Если уж исчезать, то в объятиях сильного мужчины. Лиска зашипела зло, оторвала одну руку от волхва, прильнула сама.

– К чему и стремлюсь! – гаркнул Перун окрепшим голосом. – Назад в Небытие!.. Возврат в блаженный Хаос! Слава… И пусть скорее наступит Священное Ничто!

Агимас тяжело сполз с коня.

Правая рука не гнулась, как и нога. Шлем сбросил, на обезображенное лицо было страшно смотреть даже сейчас. Единственный глаз блестел, как звезда. В руке подрагивало копье, булатный наконечник горел темно-вишневым цветом.

Сзади раздался раздраженный голос Перуна:

– Разбей Яйцо! Остался только твой удар!

Фагим, трясясь от страха – здесь все были сильнее, – искательно смотрел на могучего воина-мага. Мощь Агимаса возрастала с каждым днем, даже Перун не знал ее всю.

Но Агимас не был ни добрым, как Таргитай, ни рыцарски благородным, как Перун. Он мог убить слабейшего просто из прихоти. И убивал.

Агимас взвесил в руке копье. Булатный наконечник блестел, заточенный как бритва. Мрак отвернулся и закрыл глаза. Он чувствовал себя старым и бессильным. Олег опустил голову, в душе была лишь страшная пустота. Руки механически поглаживали женщин по головам.

– Это мой самый победный удар, – прохрипел Агимас. Слова с трудом выходили через разбитое давним ударом Мрака горло.

 – Самый победный. Жить стоило…

Вскрикнул распоротый воздух. Копье пронеслось, как отвердевшая молния, острие с хрустом проломило… грудь Перуна! Блестящий конец вылез между лопаток. Булатный наконечник дымился, потек сладкий запах горелой плоти.

Перун мгновение стоял, пожирая расширенными глазами воина-мага, упал на колени. Из раны брызгала кровь, растекалась ярко-красной лужей. Бог войны и брани корчился от боли.

Мрак оторвал от пола тяжелую, словно налитую свинцом голову.

Глаза полезли на лоб.

– Агимас?

Воин повернул к нему залитое потом и кровью лицо.

– Не Агимас… – прохрипел он с трудом. – Симаргл…

Мрак приподнялся, опираясь на Олега.

– Опять меняешь шкуру?

– Не шкуру… Симаргл – крылатый пес на языке моего народа… который вы… истребили…

Мрак смотрел исподлобья. Все трое на последнем издыхании, а враг в полной силе. Они в его власти. А еще к стене прижался Фагим, глазки перебегают с одного на другого.