Трое на практике

И сразу после этого зал содрогнулся до основания, а потом и вовсе заходил ходуном, словно рассвирепевшая девица взяла небольшое бревнышко и от души принялась охаживать им вызвавшего ее неудовольствие идиота.

Я неподдельно встревожилась за судьбу нашего единственного мага, но потом услышала поблизости вредный смешок, следом донесся звук чиркнувшего о камень огнива. А затем толстая ледяная корка на моем лице начала быстро истончаться.

– Ну ты там как? – тихонько спросил Ник, после чего убрал в сторонку горящую тряпку и, едва в наледи появились первые проталины, пытливо заглянул в мои глаза.

 – Живая?

– Что ты сделал с Ланкой? – первым же делом просипела я, когда оттаяли губы.

На физиономии Ника появилось совершенно неописуемое выражение. После чего он отодвинулся, и я во все глаза уставилась на то, что происходило за его спиной.

А посмотреть там было на что.

Оказывается, пока я находилась в ледяном плену, в зале случилась небольшая войнушка. На полу в живописных позах были беспорядочно разбросаны куски частично обмороженных, а местами и обугленных тел, в которых только при хорошем воображении можно было признать недавних зомби.

Некоторые были не просто разрублены, а разорваны и раздавлены, словно сверху по ним попрыгало стадо коров. Некоторые явно пытались подняться повторно, но по непонятным причинам что-то пошло не так, поэтому у части мертвецов вместо голов к шее приварились поломанные руки. Кому-то вместо тыковки досталась костлявая коленка. Одному бедолаге, который до сих пор сиротливо бродил у дальней стены, голову прирастили прямо на задницу. А еще двоим, что безуспешно пытались отползти обратно в свой склеп, кто-то жестоко оборвал сразу все конечности, поэтому им оставалось только катиться. Да и то осторожно, чтобы не попасть под горячую руку.

Единственный более или менее уцелевший мертвяк сейчас с громким зубовным скрежетом отступал от разъяренно рычащей Ланки, которая одной рукой держала чью-то оторванную ногу, а второй то и дело пыталась заехать ловко уворачивающемуся нелюдю в черепушку.

Причем, судя по тому, что на макушке у этой самой черепушки висела съехавшая набок корона, а за плечами развевались обрывки некогда большого и величественного плаща, невезучим нелюдем оказался тот самый лич, который успел нагнать на нас страху.

Выглядел он, стоило признать, не больно-то представительно. Обычный скелет. Высокий, с выпирающими ребрами. Лысый. Бледный. С тускло горящими глазницами, где светились две изумрудные точки.