Онлайн-библиотека книг
– Не знаю, он не докладывает мне своих планов.
– Тогда быть может Вы подскажите куда он поехал?
– Не подскажу! Это всё? – обрезала остальные вопросы женщина.
Том и Эд переглянулись. Старый ковбой приподнял шляпу и развернул коня. О'Лири молча последовал за ним. Женщина проводила их строгим взглядом, пока всадники не выехали за ворота.
– Не сработало, – сказал Том. Экая злюка, однако.
– Не сработало, – согласился Эд. Придется нам по очереди следить за воротами. Ты ночью, я днем. Потом поменяемся.
Так они и поступили.
– Должны же быть у меня какие-то привилегии, в моём то возрасте, – сказал Эд Тому, когда тот попытался возмутиться.
Том только вздохнул и опять поехал на ночное дежурство. После нескольких безрезультатных дней, О'Лири не выдержал и сказал:
– А если он уехал? Снова в Нью-Мексико или в Лондон? Сколько можно здесь сидеть.
– Ты прав, но у нас только одна зацепка, этот поляк, – ответил Кукурузный Эд.
– Тогда что будем делать?
Старый ковбой, приехавший сменить Тома, мрачно посмотрел на раскрытые ворота усадьбы.
– Может поедем надавим на эту злобную тетку, – предложил О'Лири, проследив за взглядом Эда.
– А как же закон, Том? – Эд сплюнул табак и посмотрел на своего товарища.
– Мы не будем делать ничего противозаконного, просто надавим, – снова предложил Том.
– Сдаётся мне, что такая особа не поддастся на ""просто надавим"", а я не могу применять к белым леди методы, которые применял к краснокожим.
– Тогда что? Поехали обратно, в Нью-Мексико?! – эмоционально воскликнул Том.
– Нет, – ответил Эд и зашёлся в кашле.
О'Лири подождал пока старик придёт в себя и продолжит.
– Мы изобразим незаконное действие, – сказал старик, продолжая смотреть на открытые ворота усадьбы.
– Это как понимать?
– Проникнем ночью в дом, – ответил Эд.
О'Лири задумался, пытаясь понять куда клонит старый хитрый лис. Через минуту его мальчишеское лицо озарила улыбка понимания:
– Мы заберемся в дом ночью и надавим на экономку, от испуга она нам всё расскажет!
Эд повернул голову и внимательно посмотрел на молодого парня.
– Нет, – сказал он.
– Нет?!
– А что же тогда?
– Увидишь.
Ворота усадьбы каждый день в восемь часов вечера запирал чернокожий садовник.
