Трофей для альфы

Мир сузился и свернулся в крохотную точку, и последнее, что пронеслось перед глазами – горящий безумием взгляд и кровавые царапины на жилистой шее.

- Я тебя убью, сука, слышишь? Если с ее головы хоть волос упадет!

Когти драли черную ткань майки, но Варг не шевелился. Просто стоял и смотрел, хотя уже давно мог бы устроить дуэль насмерть. И Герман ждал этого. Готов был порвать на кровавые ошметки за долбаную самодеятельность.

- Спокойно, Ярый. Так надо.

А в тусклых оранжево-желтых глазах ни одной искры. Молчит его зверь.

- Так надо?! – прорычал, встряхивая соперника. – Я тебя просил о помощи!

- И ее получишь. Нам пора, логово ублюдка засекли.

Пальцы разжались, и Герман первый бросился к машине. Сердце вытанцовывало чечетку, а волк метался под кожей, как ошалевший.

И ведь ждал нового покушения. Рассчитывал, что преследователь проявит себя скоро, но не через несколько дней! Хотя бы месяц, пока все утихнет! А тут еще и Варг, блядь, со своим планом! Стратег херов.

Волк вторил яростным рыком, но в эту секунду Герману было плевать на чересчур яркую реакцию зверя и тем более неожиданную причастность Илоны. Этой сукой займутся позже, а сейчас он мчал по трассе, ведомый появившейся на карте меткой. Только бы успеть… только бы ублюдок не тронул Владу… Но уверенности не было. Потому что если это парень на самом деле болен на голову, как утверждает Варг…

Точка мигнула и остановилась.

Голова раскалывалась, и во рту мерзкий привкус кислятины. Влада отчаянно пыталась проглотить сухой ком в горле, но ничего не получалось.

Воды бы... хоть глоток… Язык наждачкой прошелся по губам. Влада с трудом приоткрыла глаза. Волосы мешались и лезли в лицо. Надо убрать… Но первое же движение руками обернулось лавиной сокрушающей паники. Запястья связаны! И ноги!

Дернулась так, что чуть суставы не вывернула, но стул не шевельнулся.

Так, спокойно. Нельзя суетиться... Но как так?! Охранник! Да она лица его вспомнить не могла – внешность никакая! Тощий, бледный. Такой же серый, как она. И тоже прятавший свое истинное лицо. С безумными глазами и улыбкой-трещиной.

Влада крепко зажмурилась, продираясь сквозь накатившую волну слабости, а потом медленно осмотрела комнату.

Итогом стало ничего. Зашторенные наглухо окна.