Трофей для хулигана

— Я понял, — кивает Артур, отталкивается спиной от стены, небрежно скидывает ботинки и идёт в сторону кухни.

Я слышу как стучат дверцы шкафчиков, шумит вода, а сама ощущаю, что трясусь.

Мне бы было гораздо легче, если бы он ломал, орал, крушил, срывался на некрасивые слова, но это все не про Артура. Я осторожно поднимаюсь, цепляясь за стену, и иду за ним следом.

— Верни мне, пожалуйста, телефон, — прошу с тихим надрывом, — Мне нужно позвонить.

Артур невозмутимо закатывает рукава рубашки и повязывает льняной фартук прямо поверх костюма.

— Тебе нужно успокоиться, — подаёт мне стакан воды и таблетки на своей ладони, — Выпей, пожалуйста, попытайся поспать. Я приготовлю ужин, и мы поговорим.

— Что это? — я пытаюсь взять с его ладони белые «колёса», а он зажимает их пальцами.

— Ты руки не мыла, — качает головой, — Это — успокоительное. Фенибут. — засовывает мне таблетки в рот, и я, как в каком-то коматозе, делаю глоток воды, — Умница.

Забирает у меня стакан. Я непонимающе слежу за его точными движениями. Достаёт яйца и молоко из холодильника, ставит сковородку на плиту, включает конфорку.

— Тебе все равно? — спрашиваю с лёгким вызовом и слышу, как мои зубы стучат друг об друга.

Я не знаю, как должен реагировать мужчина на подобное поведение своей женщины, но эмоциональный взрыв Егора подсказывает мне, что вот так, как он, это было правильно. Только помноженное раз на десять. Егор… Слёзы глушат уши и стекают в горло.

— А какой реакции ты ждёшь? — Артур звенит миской об столешницу и замирает, сделав упор на широко расставленные руки. Я вижу его судорожный вдох, — Мне ему морду набить? Или, может, тебе? — резко разворачивается, — Честно, я в шоке… Но, наверно, к этому все шло. И, моя вина тоже есть в этом. Видел и не остановил.

— Прости меня… — выдавливаю из себя и пытаюсь заглянуть в его глаза.

— Мне нужно подумать, Дарья, — он снова от меня отворачивается и начинает разбивать яйца для омлета.

В квартире больше ничего из еды нет, вспоминаю я. Продукты заказывает сам Артур, мне не доверяет.

— Скажи… — спрашиваю его тихо, — Ты когда-то, хоть немного меня любил? Или мне все причудилось? — горько усмехаюсь и обхватываю свои плечи руками, замерзая рядом с ним почти физически.

— Я люблю тебя, — Артур отвечает ровным голосом, моет руки, выключает воду и разворачивается ко мне, — Имей, пожалуйста, совесть и хотя бы не сравнивай меня с ним открыто.