И в финале, когда счет 3-0 в нашу пользу, это я кричу громче всех:
– Тринадцатый – ты лучший!
И встречаю одобрительный взгляд главного тренера.
После этой игры у всех совсем другое настроение, не сравнить с позавчерашним: в раздевалке шум, смех, тренер всех поздравляет, игроки грубо перешучиваются, а я стою в сторонке, хлопаю глазами, счастливо улыбаюсь и почему-то стесняюсь первой подойти к Владу и обнять его на глазах у всех этой толпы.
К счастью, он делает это за меня.
Приобнимает меня за талию и снова целует.
Так собственнически и одновременно нежно, что у меня перехватывает дыхание и в груди становится горячо.
– Все, Багров, теперь и у тебя есть ритуал? —подкалывает его наш вратарь Миша, хватая огромный кусок пиццы из коробок, стоящих на столике посреди раздевалки.
– Завидуешь? – ухмыляется Влад.
Даже сквозь его привычную сдержанность видно, как сильно он доволен.
– Да мне пофиг на чужие погремушки, лишь бы работало! – откликается Миша с набитым ртом и тянется за еще одним кусочком, но Игорь успевает раньше него.
Пицца из коробок исчезает со сверхзвуковой скоростью: ребята активно восполняют сожженные на льду калории. – Послезавтра с «Авангардом» играем, не хотелось бы облажаться.
– Алин, на тебя все надежда! – орет во все горло рыжий Серега, размахивая куском пиццы. – Чтоб в следующий раз то же самое сделала! Или не, я лучше придумал. Давай ты всех будешь целовать, а не только Багрова? Прикинь, как мы будем тогда играть!
Влад молча переводит на него тяжелый взгляд, и Серега моментально прикусывает язык.
– Я пошутил, – поспешно говорит он и выставляет вперед пиццу, словно щит. – Просто пошутил! Не претендую.
– Дошутишься когда-нибудь, – мрачно предупреждает Влад, но теряет к нему интерес и смотрит на меня:
– Поехали ко мне после игры? – спрашивает он так, что все это слышат.
Черт, кажется, Багров не слишком понял, что я от него хотела. Я хотела красивых знаков внимания, а не вот этого грубовато-прямого «поехали». Да еще и сказанного при всех.
Теперь на меня все смотрят с такими пошлыми ухмылками, что становится неприятно.
– Посмотрим, – уклончиво отвечаю я и сбегаю на улицу.
Подожду Влада у служебного входа, а там решу.
Он появляется минут через двадцать. На плечах небрежно расстегнутый спортивный бомбер (тот самый, в который я куталась во время тренировки), грудь плотно обтянута черной футболкой, за ворот который убегают линии татуировок, а короткие темные волосы влажно блестят.
