Трофей для Зверя (СИ)

Мужчину обмануть можно, а зверя? Оставалось только надеяться, что он так же безумен, как и его человеческая ипостась.

— Мне давали какие-то отвары… Они были невкусными, — горестно сморщилась Мелена. Надо бы пустить слезу, но она не знала, как это делается, — я просила оставить меня в покое, но они вливали их в меня насильно!

Он яростно зарычал:

— Ублюдки! Я до них доберусь!

— Не надо, — Мел взяла его за руку, стараясь, чтобы прикосновение было ласковым.

На ее взгляд получалось из рук вон плохо, но рысь поверил, грубо обнял ее и сверкая глазами, заявил:

— Ничего, мы спрячемся там, где нас никто не найдет.

— Где?

— У них под самым носом. Пока они будут на этой стороне, мы проберемся на другую, туда, где нас не станут искать.

Значит, решил перейти в Андракис?

А подумал ли о том, как пережить лютый холод Драконьих гор?

Кажется, этот вопрос его не волновал.

Сам он был в тонкой, распахнутой рубахе поверх голого тела и явно не ощущал холода, а вот Мелену уже потряхивало.

— Мне холодно.

— Глупости, — отмахнулся, как от пустяка, — я тебя согрею.

Последнее, чего хотелось Мелене, это быть согретой вот этим монстром. Но когда он снова потянулся губами к ее шее, она не шелохнулась, отрешенно глядя на небо, готовое разразиться снегопадом, и представляла, как красиво будет смотреться голова рыси на стене в деревянной рамке.

Его прикосновения становились все более настойчивыми:

— Ты такая необычная сегодня, — словно заведенный повторял он, — такая странная.

"Пока еще не узнал, не понял, что перед ним не София, но это могла произойти в любой момент. Мел сжала кулаки, пытаясь сдержаться, но каменная стена, к которой он ее придавил, уже начала мелко подрагивать.

И в тот момент, когда она уже почти была готова сорваться и выпустить на волю свою силу, откуда-то сверху раздался тихий жалобный плачь.

Эсса! Он все-таки забрал и ее!

* * *— Опять она ноет, — рысь оттолкнул Мелену, — успокой.

Трясясь от негодования, она вскарабкалась на приступок и тихо позвала:

— Иди сюда.

Котенок забился под расщепленный надвое кусок льда.

— Иди, сюда, малышка, — повторила она, опускаясь на колени и раскрывая руки для объятий.

Эсса запищала еще громче и бросилась к ней. Обхватила мохнатыми лапами, уткнулась холодным носом в шею и, трясясь до кончика хвоста, попыталась спрятаться у Мелены на груди.