Трофики

Посыпались отрывистые хлопки. Выдав трехэтажную матерную конструкцию, подскочил Олежка, не видевший, куда стреляет Руслан (только увечий не хватало от своих же!), треснул по руке и загривку одновременно.

– Пистолет! – истошно завопил Руслан. – Ты, придурок, я его выронил!

Лихорадочные поиски ничего не дали. Пистолет потерялся. Руслан заикался от волнения, шарил по земле. В дымке мельтешили фигуры – никто не знал, что делать и куда бежать.

– К черту пистолет! – взревел Олег. – Ульяна, давай руку, все сюда! Все включаем фонари, светим в одно место – на дорогу.

Здесь обочина, мы уже никак не ошибемся, пошли… Не будем искать Артема и Борьку, выйдем из урочища, подождем, пока туман рассеется, потом поищем. Мы все равно в этой слепоте никого не найдем, только сами сгинем…

«Сгинем, сгинем… Ошибемся, ошибемся…» – стучало в голове, словно железкой водили по батарее. И снова шли вслепую, не видя дороги, спотыкались, наезжали друг на друга. Туман уплотнился настолько, что даже собственная рука, поднесенная к глазам, казалась чужой и эфемерной.

Коллективный луч не желал концентрироваться на одной точке. Лучи разъезжались, толку от них практически не было. Всхлипывала Рогачева, плетущаяся позади всех…

В какой-то миг Ульяна сообразила: Олежка приукрасил свои способности, просто успокаивал ошалевших от страха людей. Он не знает, куда идти! Дорога превращалась во что-то условное, лишенное основных своих примет – проезжей части и обочины. Все пространство было перепахано буграми и рытвинами, а то, что изначально принималось за обочину, было лишь иллюзией.

Олежка тыкался то влево, то вправо, злобно бурчал сквозь зубы, срываясь на растерянный минор. Судя по всему, они сместились влево от нужного направления – и при этом вовсе не факт, что скалы уже были где-то рядом. Приходилось прощупывать ногами колдобины и кочки, из-за чего скорость упала почти до нуля. Какие-то стебли хватали за щиколотки, чувствовалась трава вперемешку с комьями глины – Ульяна могла поклясться, что, когда они шли в деревню, под ногами не было ни травы, ни вьюнов!

Слева что-то утробно заурчало, скатилось с возвышенности… и словно запрыгало вдоль дороги на четырех конечностях! Люди шарахнулись в противоположную сторону.

Визжали женщины. Олег метнулся на звук, занося лопату. Было слышно, как он треснул по земле, раскололось проржавевшее железо. Он снова ударил, споткнулся. Ульяна осталась без связующей нити, завертелась, закружилась голова.