Трофики

Сердце колотилось в бешеном темпе – неужели полезет? Но как он полезет? Нужно хорошо подпрыгнуть, а потом башкой продавить кровать и старый «славянский шкаф», перекрывшие люк…

Она не понимала – неужели эти твари видят в темноте? Свет сквозь узкие щели в полу она бы различила. Или им не нужно… видеть? Она изнемогала от страха, заговаривала его, глушила как могла. Кто они такие, что им нужно? Она уже решилась – будить товарищей, занимать оборону… как вдруг шум оборвался. Пара мгновений – резкий стук, от которого она чуть не подлетела, – незнакомец спрыгнул с горы неликвидов.

Размеренно заскрипели половицы – он вразвалку направился к выходу. Ульяне казалось, что сейчас она утонет в своем поту. Снова заскрипело – на этот раз входная дверь, затихли шаркающие звуки…

Несколько минут она сидела напряженная, боясь пошевелиться. А потом волна накрыла с головой – горячая, обжигающая. Лютый страх, выворачивающий наизнанку, становился второй натурой. Она вернулась на прежнее место, прислонилась затылком к стене.

Зубы выбивали чечетку. Все было тихо, упырь не возвращался, дружков не приводил. Несколько минут она напряженно вслушивалась – не шумят ли под окном. Разве только нормальные герои всегда идут в обход? Но посягательств не было. Возможно, знали обитатели деревни, что людям из ловушки уже не вырваться, а значит, некуда спешить…

И вновь Ульяна плавала в прострации, отдаленно похожей на сон. Из небытия вырастали фигуры ее одноклассников. Они выбирались из какой-то канавы, наполненной нечистотами, брели, пошатываясь, вылитые зомби – простирали к ней искалеченные руки.

Их лица были в язвах, коростах, искажены до неузнаваемости, с них капала кровь, стекала грязь – эти лица совершенно не читались. Но что-то настаивало, буквально вопило, что это ее пропавшие одноклассники! Ульяну сковало страхом, она пятилась, но не могла бежать, бормотала молитвы, а те подходили все ближе. Она пыталась их пересчитать, но не могла сосредоточиться – выходило то ли шесть, то ли семь… И снова во мгле за спинами покачивался таинственный силуэт, его очертания расплывались, он просто присутствовал, наблюдал. Она не видела его, лишь чувствовала, что за спинами мертвецов кто-то есть – весьма и весьма знакомый… Она пыталась закричать – к ней простерлась заскорузлая конечность, но даже промычать не смогла. Ноги переплелись, она упала, зажмурилась. А вокруг происходило что-то странное.