Трофики

У обитателей Распад имелись на сей час другие дела (возможно, связанные с недавно захваченными трофеями или со сном). Выждав еще немного, Ульяна перегнулась через край и рискнула включить фонарик. Среди обломков лестницы под люком имелся свободный пятачок пола, на который можно было приземлиться. Она спускалась первая – по канату из связанных штормовок, один конец которого примотали к скобе в торце створа. Спуск прошел успешно и почти бесшумно. Ульяна присела на корточки, обняв трубу, превратилась в изваяние.

И снова интуиция не возражала. Второй спускалась Алла – Ульяна обняла ее за бедра, пристроила рядом с собой. Рогачевой не нравилось сидеть в одиночестве, она поехала вниз, обжигая ладони, пристроила пятки на плечи подругам и, рискованно балансируя, стала отвязывать штормовки от скобы. Ее успели поймать в четыре руки – она уже собралась с размаху протаранить груду досок! Полумертвую от страха девицу установили вертикально. Потом сидели на корточках, слушали, восстанавливая дыхание. Во мраке проявлялись очертания дверных проемов вокруг прихожей, входная дверь была не полностью прикрыта.

Ульяна подкралась ко входу, притаилась за косяком. С улицы просачивался тусклый свет. Осторожно выглянув, она обнаружила, что ночь практически ясная, легкие облака барражируют атмосферу. Но обрывки тумана, не желающие распадаться на молекулы и атомы, пока еще здесь. Причудливая дымка вилась над землей, поднималась на высоту человеческого роста. В отдельных местах она концентрировалась довольно плотно, в других пестрела прорехами, сквозь нее просматривались заброшенные дома, силуэт колодца, в котором по чьей-то милости прописались два скелета…

Ульяна вздрогнула, услышав скрип.

Напряглась, различив отдаленное урчание со стороны колодца. Или ближе. Она невольно попятилась от двери, выходить уже не хотелось. Черт возьми, быстрее! Урчание становилось громче, кто-то брел по деревне… Девушки метнулись на цыпочках в ближайший проем, подбежали к окну. И снова страх острыми зубами вгрызался в мозг. Обрывки тумана плавали в двадцати метрах. Казалось, там кто-то есть, поджидает, посмеивается. Возможно, там и не было никого! Но страх погрузиться снова в эту клоаку был сильнее доводов рассудка. На цыпочках побежали в соседнее помещение, где окно выходило на задний двор. Будь проклято это наваждение! При виде дымки, сторожащей подступы к сараям, комок подкатывал к горлу, коленки начинали дрожать.