Трофики

Ульяна зажмурилась – она ведь предупреждала! Но обошлось – засыпанная с ног до головы Рогачева уже ползла обратно, стуча зубами, как печатная машинка.

– Слушайте, там еще один человек… – пожаловалась девица. – Я уже не могу… Вдоль стены лежит, не шевелится… одни кости от него остались… голова рядом, оторвана…

– Он умер? – икнула Алла.

– О боже… – Рогачева чуть не плакала. – Девчонки, мы совсем уже с ума сошли… Слушайте, там отблески света видны в коридоре, вот ей-богу не вру.

Это же не электричество, нет? Откуда здесь электричество? Но клянусь, я видела свет… Девчонки, давайте уползем отсюда, чего вы тут застыли как кариатиды, а?

В голове происходили пугающие процессы. Но Ульяна твердо верила – с ума она сегодня не сойдет. Выживет, справится с жизненными трудностями, выгрызет путь к спасению, да еще и подруг вытащит. Действительно, чего они застыли как кариатиды?! Уходить нужно было срочно.

Твари, с которыми пока посчастливилось не встретиться, обитали в подземелье, и до радостной встречи оставалось немного. Ульяна энергично ползла, стараясь не выронить телефон, в котором энергии осталось с гулькин нос. Мешалась труба – какого черта она с ней таскается? Как тут драться этой трубой? Ульяна прислонила трубу к стене – бог с ней. Дальше ползти было проще. Подруги не отставали, кряхтели в арьергарде. Снова ойкнула Рогачева – что тут делают крысы?! Дохлые, но все равно ведь крысы! Потом было резкое понижение – Ульяна с Аллой преодолели его без сложностей, а у Рогачевой опять случился кризис – сыпалась земля, она куда-то зарывалась носом, проваливалась. Даже у Аллы лопнуло терпение.

– Рогачева, хватит, – зашипела она. – Ты как этот тип из «Карнавальной ночи», который постоянно куда-то проваливался…

Временами создавалось ощущение, что Рогачева осознанно привлекает к ним внимание, шумит, чтобы их наконец-то услышали и поймали!

К завершению пути Ульяна полностью выдохлась.

Еле подтягивалась на немеющих руках. Кашель рвался из груди, приходилось лезть из кожи, чтобы обуздать его. Она давно перестала считать метры – их было уже больше трехсот. Что над головой – околица деревни, заброшенное кладбище? Несколько раз она неосторожно прижималась к стенам, и с них обвалом сыпалась земля.