Трогать запрещено

И вообще, — подскакивает с места, двигая свой стул ко мне, усаживается, обнимая за талию, прижимаясь, — с тобой я на все согласна. Честно-честно.

Стискиваю рукой ее плечи, упираясь подбородком в темноволосую макушку. Только сейчас понимаю, что впервые за последние полчаса выдохнул. Сердце же до сих пор частит нездорово.

— Завтра, по возвращении в город, сразу поедем к твоему отцу.

— Вот тебе и «ох». Нужно все рассказать Степану. Тем более, я планирую и в столице тебя у него украсть. У меня, конечно, будет много работы, но я хотел бы, чтобы ты была со мной, Юль.

— У меня утрами тренировки. А дома у папы оборудован зал…

— Мы что-нибудь придумаем.

— Идет, — вздыхает Юля. — Поверить не могу, — смеется, — что мы всерьез обсуждаем будущее. Еще перед Новым годом я даже мечтать о таком боялась, а теперь…

— А я до сих пор не могу поверить, что ты набралась смелости и пришла ко мне на работу, признаваться в любви, — вспоминаю ее тогдашний растерянный взгляд, и в груди щемит до боли. Она ведь ни каплю не юлила.

— Мне было страшно и стыдно…

— Чего-чего, а стыдиться тебе точно нечего. Ты у меня очень смелая девочка. Это я — баран — чуть все не испортил. Если бы не тот твой первый решительный шаг, мы бы здесь точно сейчас не сидели.

— Не-а, — улыбается, вскидывая взгляд. — Первый решительный шаг случился гораздо раньше. Юла, помнишь?

— Точно, — смеюсь, чмокая ее в нос.

— Первое сообщение «любить или быть любимым».

— Мне нужно было время, чтобы дать тебе на этот вопрос честный ответ. Любить. Однозначно любить, Юль. Но, в тысячи раз приятней, когда тот человек, которого любишь ты, любит тебя в ответ. Представляешь, до сорока лет жил, совершенно этого не понимая.

— Лучше поздно, чем никогда.

Юля подхватывает свой бокал. Мы чокаемся. Пока официант Анатолий расставляет перед нами горячее и закуски, сидя в обнимку, витаем каждый в своих мыслях, пока мне на ум не приходит еще одна мысль, и я спрашиваю:

— Кстати, откуда ты взяла мой номер?

— В тот вечер, после встречи в СПА, стащила у папы.

— Но, насколько я помню, сообщение прилетело позже. Через день, если не через два?

— Я трусила. Не знала, с чего начать разговор. Знал бы ты, сколько раз набирала сообщение и тут же его стирала! Все казалось таким глупым и наивным. А мне, жуть, как нужно было тебя заинтересовать.

— Расчетливо, — подмигиваю.