Трогать запрещено

— Юлька, — шепчет мне на ушко Дан, обнимая все крепче.

Мы скидываем ботинки, и моя шубка тут же летит в сторону. Пальто Дана тоже. Его ловкие пальцы добираются до молнии на моем платье, расстегивая. Ткань мягко сползает с плеч, упав к ногам. Горящий взгляд Богдана будоражит и возбуждает. Лаская, проходится по моей фигуре.

Хочется отдаться ему. Хочется любить его. Но я стою и стараюсь отогнать от себя чувство неловкости. Мне все еще непривычно стоять перед кем-то вот так, почти полностью обнаженной. Кожу слегка покалывает, словно взгляд Титова осязаем и щупает каждый плавный изгиб.

Я кокетливо прикусываю губу. Мне все еще не верится, что мы вместе! Что можно вот так смотреть на мужчину своей мечты, беззастенчиво разглядывая, видеть его желание, видеть вожделение и жажду в его глазах. Это потрясающе!

— Красавица, — говорит охрипшим от желания голосом Титов.

Тянется к пуговицам на рубашке, расстегивает их одну за другой. Медленно и соблазнительно. Надвигается на меня. Я же перешагиваю через платье и отступаю, улыбаясь.

Пульс начинает частить, разгоняясь до сверхскоростей. Желание прокатывается жарким огоньком вдоль позвоночника, взрываясь где-то в низу живота. В полумраке номера так волнующе и интимно слышно только наше дыхание.

Я отступаю, Дан наступает. Это похоже на охоту. Я знаю, что мой охотник обязательно получит свое. Только вот я не зверек. Но это будет в другой раз. Сегодня играем по его правилам. Я лишь подыграю.

Рубашка Титова летит на пол. Я залипаю взглядом крепкой и мощной грудной клетке, на кубиках и косых мышцах живота, что соблазнительно сужаются, прячась под брюками.

Нельзя быть равнодушной к такому телу! К такому мужчине. Который смотрит так, будто готов тобой пировать целую вечность напролет.

Дан расстегивает ремень на брюках. Следом пуговица, молния. И уже спустя пару секунд остается в одних боксерах. Еще пара шагов, и он на меня накинется. Этот сумасшедший огонь в его глазах заразителен! Я взвизгиваю, когда понимаю, что Дан сейчас сорвется и, крутанувшись, улепетываю что есть сил.

Дан за мной с возгласом «куда?».

Хохоча во весь голос, я врываюсь в ванную. Забираюсь в душевую. Дан, улыбаясь, настигает меня. Прижимаюсь спиной к прохладной стене, мурашки атакуют мое тело.

— Попалась? — улыбается Титов и заходит в душевую следом.

— Угу, — киваю, закусывая нижнюю губу. — Кажется, попалась…

— Иди сюда, — тянется ко мне.

Я послушно падаю в его руки. Запрокидываю голову, заглядывая в его глаза. Наши губы сливаются в поцелуе.