Трогать запрещено

Тем более Данилов с дочерью ждут нас в ресторане. Короче, для терок максимально неподходящее время.

Мысли снова в ту же степь — Юла. Кто она? Что она? До сих пор не имею ни малейшего понятия. Уже давно мог бы пробить номер и узнать всю подноготную, но каждый раз, как рука тянется позвонить безопасникам, что-то меня тормозит. Будто и знать не имею никакого желания, кто скрывается за ее личиной. Будто что-то «после» сильно изменится. А я этого, будем честны, не хочу. Эти переписки стали для меня своеобразной отдушиной.

Явно, что девочка много знает обо мне. Но я ни хера не знаю о ней — это немало развязывает руки и язык.

И нет, это не Ила. У нее, при всем моем к ней уважении, не хватило бы мозгов и собственного мнения ввязываться со мной в те темы, которые мы обсуждаем в переписке с Юлой. Это кто-то другой. Кто-то, кто ко мне близко, и в то же время далеко. Уже всю голову сломал. Претендентов не так уж и много. Сама Юла свое инкогнито тоже раскрывать не торопится.

Снова беру телефон и открываю переписку.

Пока жду в машине Илону, которая никогда не умела собраться вовремя, пролистываю прошлые сообщения, тормозя на фотках. В первый же день общения, на мою полушутливую просьбу:

Она посмеялась, но скинула снимок. Не тот, на который я рассчитывал. Да, девушка, но лица ее на фото не было. То ли ракурс взяла такой, то ли обрезала, но с тех пор я могу любоваться только ее выпирающими ключицами и длинной, изящной шеей. Еще есть один, где видно острые плечики. Всего же их у меня три. Фотки. Включая сегодняшнюю, в серебристом платье.

В котором она просто охуенно красива! И которое лично я, как мужчина, весь вечер мечтал бы с нее снять. А снимать будет другой, потому что она девочка взрослая и она едет на свидание.

Залипаю взглядом на снимке и ничего не могу с собой поделать. Манит. Чем она меня берет, не понимаю. С каких пор я стал таким ведомым, черт его знает. Но на фоне того, что с Юлой приятно просто потрепаться, ее красота становится как дополнительный бонус. И черт бы с ним. Но с каждым днем я все больше и больше жажду ее увидеть.

Пассажирская дверь открывается, и в салон ныряет Ила. Я сворачиваю переписку и прячу мобильник в карман пальто.

— Заждался? — чмокнув в щеку, пристегивается.

— Ну, если учесть, что я просил тебя быть готовой к половине седьмого… — не теряя времени, давлю по газам. Данилов и так уже писал, спрашивая, где нас черти носят. Неудобно опаздывать в такой день, а в городе еще и пробки. Дай Бог, к восьми будем в «Гурмане».