Трогать запрещено

Вот такого она мнения обо мне?

— Не знаю, — пожимает плечами и всхлипывает. — Может побоитесь, что я вам буду мешать, мозолить глаза, — она поворачивает голову и большими зелеными глазами впивается в мои. Я же зависаю на ее родинке над губой. Блть. — Но будьте уверены, это не повторится, — отворачивается тут же. — Я, может, и эмоциональная, впечатлительная и влюбчивая, — стреляет в меня моими же словами, — но далеко не глупая.

— Я не считаю тебя глупой. Какой угодно, но не глупой, Юля. Ты еще влюбишься обязательно.

— Достоин? — усмехается девчонка. — Ну да. Не стоит поднимать эту тему. Влюбишься, не влюбишься — откуда вам знать? Вы Нострадамус?

Смелая. Она очень смелая девушка. И эта вся ситуация заставляет меня восхищаться ею. Пожалуй, так, как я за все сорок лет не восхищался ни одной женщиной, какой бы мудрой и разумной она ни была. В мире, где вокруг одна выгода и фальшь, Юля — находка. И я никак не имею права ее испортить.

Но, проклятье, почему же так на части душу рвет? Внутри свербит.

Я не нахожусь, что ответить. Повисает тишина. Поглядываю на рядом сидящую девушку. Башка тяжелая от мыслей. Весь этот разговор не дает мне покоя, будто напоминает о ком-то. Перекручиваю мысленно каждое слово. Любовь… чувства. Еще раз взгляд на Юлю бросаю.

Перед глазами фотки Юлы. Худенькая. Хрупкая. Скрытная. Она явно хотела меня заинтересовать, и у нее это вышло. Минимум информации о себе.

Юлька же… не глупая она совсем девчонка. Должна была понимать, что посмотреть на нее, как на женщину, пока она для меня дочь Степана, я бы в жизни себе не позволил. А вот как на совершенно постороннюю и незнакомую девушку… вполне. И все шло хорошо, пока я не настоял на встрече… пока не начал давить.

Осеняет. Неожиданно бьет в голову оглушающая мысль. Да быть того не может!

И тем не менее, я набираю быстро короткое сообщение. Просто «Юля». И нажимаю на кнопку отправить. Гашу экран телефона, сжимаю левой рукой руль.

В кармане Юльки раздается сигнал…

В груди что-то рвется.

Телефон в кармане отзывается коротким «бзыньк». Кажется…

Я даже не обращаю на него внимания. Тоже кажется…

Наверное, Вероника, которая жаждет узнать подробности моего унизительного падения в глазах Титова. И если я сейчас открою и увижу ее сообщение — разревусь и, кажется, умру…

Слезы только-только удалось задушить.