— А это еще кто такие? — удивился я, а потом заорал. — Стоять! Оружие опустить!
Что-то знакомое зацепило мой взгляд. Меня встряхнуло до боли, так, словно электрическая вспышка ударила по глазам. Два десятка разновозрастных чернявых мужиков в овечьих безрукавках и роскошных кованных поясах окружили толпу баб и детей, выставив перед собой оружие. Круглые кожаные и деревянные щиты без умбона, изрубленные донельзя, длинные бронзовые мечи, круглые шлемы и боевые топоры, украшенные вензелями и прихотливыми рисунками.
Да где же я видел такое? Где же? Вспомнил! В Эрмитаже я это видел. Это же оружие кобанской культуры. Вон рукояти кинжалов в виде человечка и голов животных. Ребро жесткости у мечей имеется, а топоры так и вовсе шедевр ювелирного искусства. Вооружены эти ребята необычно богато для их затрапезного вида. Просто по-царски для наших мест. Только вот как их занесло сюда?
— Ты понимаешь нашу речь? — спросил я крепкого мужика лет сорока с небольшим.
— Немного понимать, — ответит тот.
Крепкий, смуглый, с умными глазами, окруженными сетью морщин. Он меня не боится, и его люди не боятся тоже. Он смотрит на меня прищурившись, с легкой насмешкой. Так, как будто это я сейчас умру, а не он. Все стоявшие здесь были неуловимо похожи между собой. Черноволосые, с крепкими бычьими шеями и покатыми плечами умелых борцов. Они же родня! — понял я. Только если я прав, как их сюда занесло? Это же немыслимо далеко по здешним меркам.
— Откуда ты, и как сюда попал?"
"— С восток идти, — ему с трудом давались непривычные слова.
— Кровь между мой род и другой род. Мы уйти из своих земель, иначе смерть. Прийти в страну Кулх, там захватить корабли купец. Тот, кто водить корабль, пощадить. Мы клятвы дать, что отпустить, если в другие земли увезти нас. Мы долго идти, земля себе искать. Нет добрая земля. Везде война и кровь. Мы не бояться война, но мой род слаб есть. Это все, что остаться от него.
— А за Клеодаем зачем пошел? — поинтересовался я.
— Он обещать земля и добыча, — ответил мужик.
— Он царь Микены, мы служить ему. Нам идти некуда. Наши корабли в Фессалия высокая вода выбросить на острый камень. Боги моря гневаться в тот день. В тот край все, у кого земля нет, на зов Клеодай идти. Младшие сыновья идти. И те, у кого земля не родить больше, тоже идти. Мы с ним идти, голод иначе. Выбор все равно нет, нам не рады нигде. Или смерть, или война.
— Со мной пойдешь? — спросил я.
— Что дать нам? — прищурился старейшина.
