Трон императора

Фаргал начал говорить, удобно расположившись на покрытом шкурой горного льва ложе, а закончил – меряя комнату быстрыми шагами.

Он поведал о своем посещении Венчальной Рощи, опустив, почему ему вдруг взбрело в голову среди ночи, в одиночку, отправиться туда.

Поэтому первый вопрос Кен-Гизара:

– Тебе была весть, о царь?

– Да,– неохотно признал Владыка Карнагрии.– Моя… Мой давний покровитель указал мне.

– Вот как?

Посланник соктов был явно не прочь узнать что-нибудь еще, но, видя такое явное нежелание царя говорить на эту тему, лишь констатировал:

– Весьма, весьма запутанное дело!

– Здесь пахнет колдовством.

Колдовством древним и злым,– заявил Люг.– Вот вопрос, мой царь: кто разбудил эту самую Ирзаи?

Кен-Гизар кивнул, соглашаясь.

– Ты не должен был ехать один, мой государь! – мягко упрекнул Саконнин.

– Я жив,– пожал плечами Фаргал.– А возьми я кого-нибудь с собой, встреча могла бы не состояться.

– Ирзаи,– задумчиво проговорил Кен-Гизар.– Разумеется, Ирзаи.

Если полагать, что тебе сказали правду, у сей богини нет и не может быть претензий лично к тебе, царь.

– Почему?

– Для той, кто спит тысячу лет, люди – не больше чем муравьи. Что тебе за дело до отдельного муравья?

– Ирзаи связана с Ашем! – сказал Люг.

– С Ашем – да,– согласился посланник соктов.– Но совсем не обязательно – с его жрецами.

– Клинок им в глотки! – воскликнул Фаргал.– Я чую здесь скверную магию!

– И я – тоже,– поддержал Кен-Гизар.

– И я! – промолвил Люг.

– Какое трогательное единодушие.

– Но,– заметил Саконнин.– Шарам Сарнал утверждает: никакого колдовства на тех, кто разграбил Заралан и Сиунол. Они вели себя как обычные разбойники.

– Всадники Реми, которые ведут себя как обычные разбойники, это уже необычно! – возразил Люг.

– Клянусь Ашшуром! Сарнал и на десять миль не приближался к нападавшим! – воскликнул Фаргал.– Едва запахло кровью, он прискакал сюда. Откуда Сарналу знать, как ведут себя обычные разбойники, если я три года назад очистил его владения от банд?

– Разве воины Райно не сражались вместе с твоими Алыми, царь? – спросил Саконнин.

– Разве они плохо сражаются?

– Он прав, мой царь! – согласился с Советником Люг.– Сам старый заяц, конечно, и на двадцать полетов стрелы не приблизился к Заралану и говорит наверняка со слов своих людей!

– Еще один вопрос,– сказал Фаргал.– Земле Рейно ничего не стоит выставить двадцать сотен воинов.